Каждый раз, когда я выгибаю бедра, он крепче сжимает мои волосы, без слов предупреждая меня оставаться на месте.

Что это он ведет шоу.

Тот, кто контролирует ситуацию.

Тот, кто может и причинить мне боль, и доставить удовольствие, если захочет.

При этой мысли меня пробирает дрожь, но я вспоминаю, что у меня тоже есть власть.

Дым.

Это слово вертелось на кончике моего языка с тех пор, как я сбежала. Если я скажу его, все закончится.

Но я этого не делаю.

Несмотря на пытку, я решаю чередовать дыхание через нос и рот, а затем сосредоточиться на моменте.

На его напористом прикосновении.

Он мужчина, который берет то, что хочет, и в этом есть что-то возбуждающее.

Именно тогда, когда я думаю, что мучения никогда не закончатся, два его пальца проникают в меня. Одновременно. До самых костяшек.

Я вскрикиваю, и этот звук пронизывает наше безмолвное окружение.

Несмотря на то, что я вся мокрая и хочу большего, я не была готова к этому. Мои стенки сжимается вокруг его пальцев, когда он вводит и выводит их из моего жара в долгом, контролируемом ритме.

Каждый толчок методично набирает скорость, слишком точно подстраиваясь под реакцию моего тела, пока они не становятся безжалостными и беспощадными.

Мои пальцы на ногах подгибаются, а все тело охватывает дрожь. Это так отличается от того, как я осторожно, почти застенчиво прикасаюсь к себе.

В его прикосновениях нет ничего робкого.

Это приказ, сила, которую невозможно остановить.

Это катастрофа моего собственного производства.

Он здесь, чтобы брать, брать и еще раз брать.

А я могу только отдавать.

Мои бедра бьются о землю от того, как сильно они выгибаются.

Он вводит третий палец. Наслаждение смешивается с болью, когда меня растягивают до предела.

Невозможно нормально дышать, но я заставляю себя расслабиться, принять это, даже если он разрывает меня изнутри.

Его ритм становится все более интенсивным, и я задыхаюсь с каждым вдохом и выходом, этот звук имеет животную природу.

Обычно я прячу лицо в подушку или любую поверхность, чтобы заглушить звуки наслаждения.

Теперь у меня есть только грязь.

Я не успеваю сосредоточиться на этом, как резкий поток проносится через меня.

Вначале это лишь проблеск удовольствия, но затем оно нарастает, раздувается и усиливается, пока дрожь не охватывает мою кожу полностью.

Я никогда раньше не испытывала такого удовольствия.

Никогда в самых смелых мечтах я бы не подумала, что буду на грани потери сознания от оргазма.

Черт, я не думала, что оргазм может быть таким.

Те, которые я даю себе сама, всегда мягкие, приятные и заставляют меня удовлетворенно вздыхать, когда я кончаю.

А этот?

Все, что я могу сделать, это закричать от столкновения. Пытаясь заглушить плотское удовольствие, я чуть не съедаю грязь.