В первый раз это закончилось трупом. От второго визита Галицкий в принципе тоже не ждал ничего хорошего.

Директор филиала о его визите был предупрежден и немало напуган.

— Илья Владимирович, у нас такое впервые, чтобы ценная вещь пропала из банковской ячейки. — Он заметно волновался. — Поверьте, я не хочу обидеть вашу маму, но вы уверены, что она в прошлый визит не забрала портсигар с собой? Открыть вашу ячейку никто не может. Это технически невозможно.

— Вы еще намекните, что моя мама в силу своего преклонного возраста может что-нибудь забыть или перепутать. — Галицкий начал раздражаться. — Я понятия не имею, как обстояли дела на самом деле, но моя мама находится в здравом уме, и если она говорит, что не уносила портсигар из банка, значит, так оно и есть. Я не намерен вас ни в чем обвинять. Я намерен разобраться, что именно произошло, и именно поэтому попросил разрешения посмотреть записи с камер.

— Теперь управляющий в курсе, — голос директора филиала, молодого, еще не успевшего «забронзоветь» человека, звучал невыразительно.

— Если бы я с просьбой о камерах пришел к вам напрямую, вы бы мне отказали, верно?

— Да, этот вопрос не в моей компетенции, нам строжайше запрещено показывать видеозаписи. Исключение составляют лишь сотрудники правоохранительных органов.

— Вот именно поэтому я и обратился сразу к управляющему. Вам не нужна огласка, это отлично, ему она тоже не нужна, да и я к ней, поверьте, совсем не рвусь. Поэтому давайте постараемся разобраться мирно.

— Илья Владимирович, — парень замялся, — есть небольшая проблема. Дело в том, что в самом помещении хранилища камеры отсутствуют.

— Да ладно, — Галицкий даже рассмеялся. — И вы хотите, чтобы я проглотил эту туфту?

— Это правда. — Парень вздохнул уныло, явно не рассчитывая, что ему поверят. — Это же банковское хранилище, где люди остаются один на один со своими секретами, ценностями, деньгами. Если бы у нас там стояли камеры, кто бы нам доверил хранить что-то действительно важное?

— Вас послушать, так в вашем банке можно хранить наркотики, — не выдержал Илья. — Все надежно, секретно и никто не снимает.

— Это плохая шутка. — Директор филиала вдруг как-то разом поник. — Но тем не менее в самом хранилище нет камер наблюдения, поэтому ни вы, ни мы не сможем увидеть, доставала ли ваша матушка портсигар из ячейки или нет, положила она его обратно или в сумочку, и вообще его судьбу нам проследить не удастся.

— Хорошо, — сдался Галицкий. — Где есть камера? Ближайшая к хранилищу?

— На входе. Вы сможете увидеть, кто заходит в хранилище и через какой промежуток времени выходит. Вам будет видно, что у этих людей в руках. Однако увидеть, что они делают внутри, невозможно. Поверьте.

— Хорошо. Давайте смотреть то, что есть.

— Это пожалуйста.