Именно с этой милой перепалки и начался наш тайный роман.

Особых причин скрываться у нас не было, но… было в этом что-то такое, что приятно будоражило нервы. Поэтому наши родители до последнего не знали, как отрывались их отпрыски. А отрывались мы будь здоров. Первый год наших отношений в принципе прошёл в гормональном опьянении. Удивляюсь, как за это время я ещё умудрился закончить технарь и поступить на вышку.

Мы провстречались почти три года, каждый из которых всё больше напоминал езду на американских горках. Выносили мы друг другу мозг с какой-то особой изощрённостью, постоянно соревнуясь, кто кого заденет побольнее.

— Я замуж хочу, — заявила Машка одним дивным утром, проснувшись в моей постели.

— Круто, — сонно пробормотал я, — это намёк или предложение?

— Это констатация факта, — зевнула она. — Что я в поиске.

Особого значения её словам я тогда не придал. Мари вообще была падка на авантюры и часто высказывала вслух такие идеи, суть которых я попросту не понимал.

— Считай, что нашла, — заверил её, целуя в обнажённое плечо.

— Своего принца на белом коне…

— Коня вижу, принца — нет, — хмыкнула моя пассия, за что тут же получила по заднице, заходясь в задорном хохоте.

В тот день мы расстались вполне мирно, а уже на следующий день она огорошила меня новостью:

— Илюш, ты, конечно, хороший, но нам нужно идти дальше.

— Дальше — это в ЗАГС?

— Дальше — это порознь, — вздохнула она и посмотрела на меня с сочувствием, как если бы я был совсем безнадёжен. — Нам нужно расстаться…

Выслушивать её тупые объяснения я не стал, со злости выставив за дверь дяди Ваниной квартиры, боялся, что сделаю что-нибудь эдакое… о чём потом точно пожалею.

Почти весь вечер метался по дому раненным зверем, после чего глушил самогон в компании дядьки, который методично успокаивал меня:"

"— Поверь мне, у каждого мужика в жизни есть та самая, которая… плюнула ему в душу.

— Мне не плюнули, — еле ворочая языком, заметил я, — мне насрали.

Как оказался в своей постели, я помнил плохо, а вот утро врезалось в память навсегда.

— Нечаев Илья Николаевич, — ворвался в мою больную голову казённый голос, — вы задержаны по подозрению в убийстве гражданки Павловой Марии Александровны.

Часть 2. Пустоты настоящего. Глава 8.

Мир ворвался в сознание ярким светом и миллионом неотфильтрованных звуков, вызвавших во мне приступ неконтролируемого ужаса. Вот только сделать с ним я ничего не могла: тело не подчинялось никаким сигналам мозга, да и руки, как позже выяснилось, были зафиксированы бинтом по краям кровати.