Алексей выругался, сел на корточки, прислушался. Лай в соседнем переулке оказался заразительным. Здесь тоже пробуждались и заводились собаки. В доме напротив послышались испуганные голоса. Впрочем, хозяева были умными людьми, не стали включать свет."

"Алексей пробежал по переулку метров десять, снова сел на корточки. К нему подтянулись остальные.

– Лева, есть идеи?

– Какой же я кретин! – Березин хлопнул себя по лбу. – Это же Липов переулок. Шестая хата на правой стороне. Там живет некто Елизар Гомула, водилой работает в здешнем совхозе. Пару месяцев назад был донос от одного местного ханурика.

Дескать, к Гомуле шастают люди из леса. Явочная хата у него. Доносчик по пьяному делу под грузовик попал, отмучился. Фигура была неприятная – пьянчуга, уголовник. Ходили слухи, что служил при немцах в полицейском батальоне, шуцманом, стало быть. А потом к Советам примазался. Решили, что злопыхатель, хорошего человека сдает. Гомула – примерный семьянин, опять же в совхозе трудится, что по нашим временам практически подвиг. Последили несколько дней за домом, не заметили ничего подозрительного, решили не тратить время и ресурсы на пустышку, когда кругом столько реальной работы. А вон как вышло, не наврал ханурик. Леха, я почти уверен, что он к Гомуле пошел. Хочет отсидеться, раны зализать.

– Пошли! Давай быстро!

– Чтобы не передумать? – спросил Березин.

Четыре тени скользнули по проулку, рассредоточились у дома. Собака во дворе, похоже, отсутствовала. Это косвенное подтверждение теории Березина. Пес лает, когда приходят посторонние, привлекает внимание соседей.

Алексей припал к щели в заборе. Лунный свет озарял участок. На нем стояла обычная мазанка.

Четырехскатная соломенная кровля, труба дымохода в центре крыши, ставни, запертые изнутри. Подобные хаты, как правило, делятся сенями на жилую и хозяйственную половины. За домом просматривались плетневые сараи, колодец.

– Ребята, отрывайте доски, – прошипел Березин. – Зайдем на участок, Окульченко – контролируешь окна и задний двор, Григорьев – осмотреть сараи. Да поглядывай, под пули не лезь. Вперед, мужики!

Скрипели доски, выдираемые из продольной балки. Люди по одному пролезли внутрь и растеклись по участку.

Алексей бросился к крыльцу, Березин за ним. В доме уже тревожно бубнили люди, охала женщина.

Алексей машинально ушел за косяк и забарабанил в дверь. В сенях кто-то топтался, упало и покатилось ведро.

– Елизар Гомула, открывайте! – гаркнул Березин. – Мы знаем, что вы дома! Комиссариат государственной безопасности!

Дверь чуть отошла от косяка. Алексей ворвался внутрь и отбросил в сторону хозяина дома, грузноватого плешивого мужчину в исподнем. Тот еще толком не проснулся, тер воспаленные глаза.