– Клавдия Алексеевна, вы понимаете, что вас расстреляют?

Девушка вздрогнула. Пальцы, лежащие на коленях, впились в кожу.

– Но мы можем добиться смягчения вашей участи. Если поможете следствию, вам дадут десять – двенадцать лет. Вы освободитесь еще молодой, сумеете наладить свою жизнь. О реакции ваших единомышленников можете не волноваться. Для них вы мертвы.

Она молчала около минуты, потом спросила:

– Что я должна сделать?

– Вы должны нам помочь найти схрон Нестора Бабулы.

– Но я не знаю, где его схрон. Это в Хованском лесу. Я даже примерно не представляю…

Алексей лихорадочно размышлял. Подземный лаз контролируется, но кто в него теперь придет? Гараж накрыли, хату на Северной улице тоже. Нема дурных в Хованском лесу!

– Что вы знаете?

– Я знаю только тайник для связи под Задворней. Он к востоку от села, за околицей. Там, у ограды заброшенной фермы, находится старый колодец. Северная сторона сруба, третье бревно снизу. В нем углубление, в него вставлен брусок, под которым оставляются послания для Бабулы. Но забирают их не его люди, а хлопцы Микиты Ковальчика, который подчиняется Нестору. Их схрон под Задворней.

– Как все запутано, – прошептал Березин.

– Вам случалось писать послания?

– Да."

"– Отлично. То есть ваш почерк знают. Слушайте внимательно, Клавдия Алексеевна. К вам обратились люди Стаса Золотницкого, который контролирует Старицкий район. Тот ищет выход на Бабулу, очень хочет с ним пообщаться, предложить пару совместных дел, поскольку в одиночку не вытянет. Какой резон с этого Бабуле? Объясняю. Выгода очевидная. У Золотницкого сидит агент английской разведки, некто Ричард Мастерсон. Этот эмиссар Запада несколько дней назад переправился через границу. Он должен устроить несколько крупных диверсий против Советской власти, что будет способствовать дестабилизации ситуации на Западной Украине. План действий, деньги на подготовку акций и на вознаграждение у Мастерсона при себе. Это тридцать тысяч английских фунтов стерлингов. Думаю, Бабулу заинтересует эта сумма. В случае объединения отрядов она соответственно делится на два. Вы напишете записку под нашу диктовку. Мол, Золотницкий просит встречи. Он пошлет своего представителя на заброшенный хутор Карач, что в двух верстах к северу от Гожище. Тот будет ждать столько, сколько нужно, начиная с двадцать девятого июля. Бабуле приходить не обязательно. Он может для начала послать своих людей.

– Но я же умерла.

– Вы могли написать эту записку вчера или еще раньше, – сказал Березин. – Как часто люди Ковальчика проверяют тайник?

– Я не знаю. Раз или два в неделю.

– Придется рискнуть, Клавдия Алексеевна. Впрочем, делать это будете не вы. Можете отдохнуть полчаса. За это время мы подготовим текст и бумагу.