— Между нами с Таиром только ребенок, — неожиданно признаюсь и сама ужасаюсь, как это звучит.

— Не верю, — вдруг заявляет Амина. — Что ты так смотришь? — усмехается она, когда я ошарашенно выдыхаю.

— Но это правда.

— Ой, Аиша, я верю, что между вами сложности, но в том, что вас связывает только ребенок, очень сомневаюсь.

Не выдерживаю ее пристального взгляда. Хочется верить, что она права. Но я боюсь. Боюсь, что все, моя сказка закончилась. Слишком уж резко отреагировал Таир на все, что случилось.

— Я совершила очень серьезный проступок, — все же признаюсь в том, что меня до сих пор мучает. — И он разочаровался во мне. Не думаю, что я ему теперь интересна, как жена.

— Что за глупости? — фыркает Амина. — Я видела, как он на тебя смотрит. И про то, что он о тебе каждый день спрашивает, тоже знаю. Поверь, он в курсе того, как прошел твой день.

— Но мне не звонит, — шепчу в отчаянии. — Я потеряла мобильный, да. Но ведь он мог же связаться как — то иначе?

Теперь взгляд отводит уже Амина. И это лишь подтверждает мои догадки. Таир просто не хочет.

Он не хочет со мной разговаривать. Не хочет меня видеть, поэтому отправил сюда.

Интересно — надолго ли? Я ведь слышала, что у Рамиля скоро заканчивается отпуск. И что тогда? Вернет меня к родителям до рождения ребенка?

Я даже с мамой не могу связаться — просила Рамиля, но он заверил, что она в курсе, где я, и что со мной все в порядке.

— Это еще не конец, — неожиданно произносит Амина. — Знаешь, пока вы оба живы, все возможно.

На это я лишь горько усмехаюсь.

— Что возможно? Я же изначально знала, что я для него — просто ступенька. Пункт в его плане. И все равно поверила. Представляешь, влюбилась так, что дышать без него, кажется, не могла. — Она странновато смотрит на меня, пытается что — то сказать, но я не даю: — подожди. Ты же хотела услышать правду. Так вот я виновата перед Таиром. Очень. Но только лишь потому, что я боялась. Боялась, что он бросит меня, узнав, что я неполноценная, понимаешь? У вас с Рамилем есть детки, тебе не понять. А мне поставили диагноз, что я не смогу родить. Понимаешь, что это значит для меня? Он бы взял вторую жену, или вообще бы вернул меня родителям. А я и так их подвела уже один раз. Опозорила и… — всхлипываю, жмурюсь от стыда, который снова заливает меня. — Я полюбила его, даже зная, что я для него просто удачное вложение, что наш брак — всего лишь договор с отчимом. А теперь…

Амина сжимает мою руку сильнее:

— Аиша…

Открываю глаза и вижу, что Амина очень выразительно смотрит мне за спину. Я слишком взвинчена и не сразу догадываюсь, что не так. Оборачиваюсь и ужасаюсь — на пороге комнаты, дверь в которую мы не закрыли, стоит Таир.

— 39 Таир —

Эти две недели меня знатно измотали. Просто до ручки довели. Но иначе было нельзя.