Администратор побледнел, затем покраснел, глаза его воровато забегали, он буркнул в трубку:

— Перезвони попозже! — и, бросив трубку на рычаг, вскочил и выбежал из-за стола навстречу Николаю. — Вас ввели в заблуждение! Это происки моих недоброжелателей! Интриги! Ничего подобного не было!

— Вы о чем? — удивленно спросил участковый.

— А вы по какому поводу? Не по поводу якобы имевшего места хищения продуктов?..

— Я по поводу пропавшего у вас больного, пациента психиатрического отделения Прохорова…

— А! Прохорова! — Администратор приосанился, вернулся за стол, но глаза его все так же воровато бегали.

 — Прохорова ищете! Это, между прочим, ваша работа! Мы, между прочим, не обязаны заниматься поисками людей…

— А обеспечить порядок в больнице вы тоже не обязаны? — перешел Николай в наступление. — На моих глазах через двери больницы входили и выходили люди, не предъявляя никаких пропусков! Проносили, между прочим, спиртное! За этим следить вы тоже не обязаны?

— Клевета! — выпалил администратор. — Мы поддерживаем порядок! А как прикажете его поддерживать, если у нас так мало персонала? Да и тот, который есть, пенсионного возраста?

— Что вы можете сказать про больного Прохорова? — перебил его Николай.

 — Какой у него характер? Опасен ли он для окружающих? Склонен ли к агрессии?

Администратор замолчал, порылся у себя на столе и, достав из стопки бумаг какой-то листок, принялся читать. Потом поднял взгляд на Николая и спросил:

— Вы вот, судя по документам, сельский житель?

— Ну да, — признался участковый, не понимая, к чему клонит собеседник.

— У вас огород есть?

— Ну, есть… огурцы там, кабачки…

— Ваши кабачки опасны для окружающих? Склонны к агрессии? Они нападают на прохожих?

— Шутите? — Участковый удивленно заморгал.

— Вот этот Прохоров, он такой же агрессивный, как ваши кабачки. Он из шестой палаты психиатрического отделения, а у нас там лежат тяжелые хроники. Мы их называем «овощами», потому что они только и умеют, что есть, пить и отправлять, извините, естественные надобности. А вы говорите — склонность к агрессии!

— Но тем не менее он сбежал? Сбежал.

У меня ни разу ни один кабачок огорода самостоятельно не покинул! Если только ему кто-то очень помог!

Глаза администратора снова забегали.

Он побарабанил пальцами по столу и ответил:

— Ну, знаете, человеческий мозг — это такое сложное устройство! Допустим, лежал этот Прохоров пять лет без движения, и вдруг ему что-то кольнуло, он встал и ушел…

— И так вот запросто вышел из больницы и исчез в неизвестном направлении?

— Может быть, — хозяин кабинета пожал плечами.