– Поезжайте куда угодно, если нужно разрешение на вывоз мальчиков – я всё дам. И вот – здесь деньги, которые я откладывал на сыновей.

Он протянул мне банковскую карточку, которую я инстинктивно взяла.

– Я заработаю ещё. А сейчас просто уезжайте, я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал.

То, что Арс говорил, живо откликалось в моей душе. Вот только чувства, рождённые словами мужа, были совершенно полярными. Он говорил, что нам нужно бежать – изменить жизнь, быт, привычный уклад. И всё это из-за той, которую он не смог вовремя заставить творить то, что не укладывалось в голове нормального человека.

И с одной стороны, я сама желала того же – исчезнуть. С другой, я чертовски злилась.

– Зайди, – велела я Курилову, и он посмотрел на меня с недоумением. – Зайди-зайди, думаю, настало время отвечать за то, что ты сделал, не только передо мной, но и перед нашими сыновьями.

Арс нахмурился, но через мгновение всё же оказался в прихожей.

– Ты говорила, что у тебя мало времени, – сказал, осматриваясь, будто ожидал увидеть, что причина в том, что тороплюсь, кроется, например, в другом мужчине.

– Да.

Мы и сами собрались ненадолго покинуть город. Потому что я действительно опасаюсь эту твою сумасшедшую. Но идти у неё на поводу и мчаться на другой континент – уволь.

Курилов разулся и, повесив верхнюю одежду в гардероб, прошёл на кухню. Я позвала мальчишек из детской, не смогла сдержать улыбки, когда близнецы так обрадовались Арсению, что их вопли счастья, должно быть, были слышны на нескольких этажах дома как минимум.

Пока Арс расспрашивал Ярика и Вовку о том, что с ними успело наприключаться с того момента, как они видели отца в последний раз, я неспешно заварила кофе.

И вновь ощутила слепую ярость, когда думала о побеге.

– Мальчики, вы у нас уже взрослые, – сказала, поставив перед Куриловым чашку и устроившись за столом. – Поэтому мы с папой вам кое-что хотим сказать.

Я переглянулась с Арсением, увидела его растерянный взгляд. Да, хотела дать время Вовке, который уж очень чувствительно отнёсся к случившемуся у нас с Куриловым разладу, но, по сути, уже приняла решение и условия, которые собиралась озвучить Арсу наедине.

– Мы не живём вместе, как вы успели заметить, но это не потому, что у папы много работы и командировки, – сказала я тихо, на что близнецы отреагировали каждый по-своему.

Ярик слушал внимательно, Вова – уткнулся лбом в плечо Арсения, у которого сидел на коленях.

– Я поступил плохо… Очень плохо – по отношению к вашей маме и вам, – всё же сказал Курилов, когда я уже подумала, что он вновь промолчит.

И из меня словно разом выбили все силы.

– Так всё же та девочка… наша сестра? Нам сказали правду? – спросил Ярик, и я прикусила нижнюю губу.