— Уберечь тем, что скрывала столько лет правду?… — спросила я и тут же осеклась, поняв, что в этот раз бумеранг по темечку ёбнул мне.

Поверх слёз захотелось рассмеяться. Яблочко от яблони, блин…

— И сколько еще ты бы скрывала от меня всю правду? — она молчала, повесив голову. — А если бы не моя псевдосмерть, то твой язык так бы и не развязался никогда?

— Не знаю, — качнула она головой, громко всхлипнув. — Я не знаю, доченька. Прости меня. За всё прости.

В этот раз мне не хотелось её жалеть. Даже касаться её не хотелось. Я смотрела на её макушку, подергивающиеся плечи и видела, как между нами вырастала ледяная стена.

Дверь морга открылась. Из здания вышел Никита, закуривая на ходу сигарету. Поймав мой взгляд, вопросительно дёрнул бровями.

Отрицательно покачала головой и проследила за тем, как он присоединился к Дане и Серёже, сидящим на капоте машины.

Все трое смотрели на нас, словно мы были не на крыльце, а на большой сцене, где разворачивалась семейная драма.

— Я не знаю, что тебе сказать, мам, — попятилась к парням. — Не знаю.

Сейчас мне хотелось быть рядом с ними. Прижаться к Дане, слушать бестолковый трёп Серёжи и философские высказывания Никиты. Я хотела остаться с людьми, которых знаю год, а не с матерью, которую знала всю жизнь.

Не требуя объяснений, Даня вышел вперед и просто распахнул объятия, позволяя мне в них упасть и выплеснуть в плечо все чувства и эмоции.

— Вы правда сказали ей, что я умерла?

— Мы сказали ей, что ты в морге. Остальное она додумала сама.

— И как вы только её нашли?

— Пришлось постараться, — прижал меня Даня крепче к себе. Коснулся губами виска. — Наверное, зря мы это затеяли?

— Нет. Просто я не так представляла себе эту встречу. Совсем не так.

— Прости. Нужно было тебя предупредить.

— Дело не в этом, — плавно отстранилась от него. — Дело в том, что она только что мне рассказала. Я, оказывается, столько о себе не знала."

"— Но сейчас-то знаешь, — произнес Даня спокойно и охватил моё лицо ладонями, мягко стирая подушечками пальцев слёзы.

— Знаю, — кивнула я. — И, кажется, понимаю, что чувствовал ты, когда узнал…

— Тише, — снова обнял меня, не позволяя договорить. — Всё это давно пройденная херня. Хочешь, мы увезем ее обратно? Прямо сейчас. По реке можем сплавить.

Невольно улыбнулась и привстала на цыпочки, крепко обхватив руками его шею.

— Я тебя люблю, — шепнула едва слышно.

— Сплавляем по реке?

— Не нужно, — качнула головой, снова улыбнувшись. — На автобусе уедет.

— Я за билетом? Или дадим тёщеньке ночь переночевать в нашей квартире?

— Пусть переночует. Вдруг плохо станет в дороге. Всё-таки, она ехала хоронить дочь.

И, кажется, немного меня, всё же, закопала, припорошив кусками грязной земли.

— Кхм-кхм, — подошёл аккуратно Серёжа с самой хитрой мордой.