Видно было по нашим лицам, что ни я, ни Даня не спали этой ночью, да и вряд ли теперь еще скоро уснём. Вместе — точно."

"В самолёте между нами сидел Серёжа, который не упустил ни малейшей возможности показать, как сильно он не рад тому, что я рядом. Как сильно он раздражён моим присутствием и как его, должно быть, разрывает изнутри оттого, что я имела наглость принять Данино предложение лететь всем вместе.

Где, как и каким рейсом летели Игорь, Настя и Вилка, я не знаю. Этот факт интересовал меня меньше всего, даже если бы они летели за моей спиной.

Дождавшись свой чемодан, покатила его к выходу из аэропорта. Нас встречала неоправданно жаркая погода, палящее солнце, цветущие сады и клумбы вокруг. Природа являла собой полную противоположность того, как звенящая пустота и тьма пожирают изнутри.

Серёжа пошёл к выходу первым, едва не снёс меня с ног, сделав вид, что не заметил, а затем исчез из виду, широко шагая.

На парковке близ аэропорта было полно таксистов. Каждый зазывал воспользоваться его услугами за баснословные деньги, особенно если ты не местный.

Свернула в сторону, туда, где располагалась автобусная остановка. Потянула за собой чемодан и тот не поддался. Колёсики застряли в старой сливной решетке, которая давно не служила по назначению, будучи забитой мусором, а теперь еще и колесиками моего чемодана. Дёрнула за ручку раз-другой, надеясь, что чемодан поддастся, но безрезультатно. Чем больше и резче я дёргала, тем явственней ощущала, что нахожусь на грани срыва. Еще секунда и я буду близка к тому, чтобы разрыдаться над этим несчастным чемоданом в голос. Именно в этот момент, именно сейчас я достигла пика отчаяния, когда, казалось, абсолютно всё и все были против меня и даже этот чёртов гроб на колёсиках отказывался сдвинуться с места.

Да и куда я с ним? Возвращаться в Данину квартиру, теперь для меня казалось верхом наглости. После того, как он всё узнал, увидел своими глазами, провёл такую же бессонную ночь, что и я, вернуться домой и делать вид, что ничего не изменилось и всё будет как раньше? Бред. Не получится так.

Возможно, будет прощальный ужин или обойдёмся без церемоний, когда Даня скажет, что обо всем подумал и понял, что не может принять меня с тем багажом, что я так долго прятала в тайниках своего сознания. Да и с тем багажом, что сейчас застрял в сливной решетке он меня тоже вряд ли примет — слишком много проблем со мной. Слишком…

— Ну, давай же! — шипела я на чемодан, норовя вот-вот оторвать ему ручку. — Чтоб тебя!

В сердцах пнула его и прикрыла рот ладонью, когда с губ сорвался всхлип. Последней каплей, переполнившей чашу моего отчаянного терпения, стал грёбаный чемодан на колёсиках. Я просто стояла рядом с ним и рыдала, не понимая, за что мне еще и это испытание.