Что изменилось теперь? Увидел, что твоей игрушкой играет другой мальчишка и взыграла ревность? Жадность?

— Ты сама попросила отпустить, если я тебя люблю, — ещё немного и он перейдёт на крик.

— Я просила? — выпучила глаза, указывая на себя пальцем. — Я? Когда я о таком просила?

— Не прикидывайся дурой, Диана. Ты написала смску, в которой просила оставить тебя в покое, отпустить, если люблю. Я сделал, как ты хотела. Выслушал ведро помоев от твоей мамашки, когда пришёл к тебе домой, чтобы узнать, что то место, куда ты уезжаешь, для тебя безопасно, но ты уже уехала.

Я писала ему смску? Я? Но телефон…

Мама! Чёрт!

Хотя, сейчас я ей за это могу быть даже благодарна. Отчасти.

— Диана, маленькая моя, послушай, — Игорь воспользовался моей секундной растерянностью и обхватил лицо ладонями, прислонившись лбом лбу. Губы обдало теплым дыханием с терпким запахом кофе и алкоголя. — Хочешь, уедем отсюда? В другую страну. Куда хочешь.

— Я не хочу больше бегать, Игорь. Набегалась, — слегка отстранилась и мягко убрала его руки от своего лица. — Если ты с такой лёгкостью можешь бросить свою беременную жену, то где гарантия того, что через пару лет ты не бросишь ровно так же меня? В другой стране, без права выбора…

— Все ошибаются.

— Но не настолько, — усмехнулась я, покачав головой. — Ты женился, у тебя будет ребенок, дочку давно пора лечить от наркомании, а ты просто закрываешь глаза на эти проблемы, предпочитая заняться новым для себя капризом. Ты не кажешься надёжным, Игорь. Твои поступки… Так не поступает взрослый человек. И верить твоим словам — это меньшее, чего я хочу.

В стороне послышался шорох шагов. Мягкий, неприметный, словно кто-то крался. Периферийное зрение уловило силуэт беременной девушки.

— Хотя бы не отказывайся от жилья, — продолжил Игорь, не заметив приближения жены. — Куда ты сейчас?

— Жить с тем, кого выбрала, — натянуто улыбнулась и указала взглядом ему за плечо. — И тебе советую сделать то же самое.

Непонимающе обернулся и глянул себе за плечо. Опустив голову, шумно выдохнул, стиснув зубы.

Лицо Насти казалось опухшим, глаза превратились в щелочки от слёз, которые она, должно быть, все эти часы проливала не переставая. Пока в это время её муж принимал душ, смывая кровь после побоев, менял одежду и догонялся кофе с коньяком, чтобы в итоге прийти ко мне, а не к ней.

Пока Игорь смотрел в пол, подпирая руками дверные косяки, а Настя смотрела на него молящими глазами, я толкнула дверь спиной и ввалилась в номер, оставив их наедине.

Говорят, самый тёмный час наступает перед рассветом, так пусть этот час останется им двоим.

Глава 30

В родной город прилетели в абсолютном молчании. Словно чужие друг другу люди.