Так грубо Воровский матерился в мой адрес впервые, но мне уже было все равно.

«Включи, мать твою, геолокацию в телефоне! Неужели непонятно?!»

Я включила локацию, и закрыла глаза.

Солнце постепенно уходило на запад. Гостиная погружалась в полумрак.

Перед глазами все расплывалось. Сначала я плакала, потом слезы закончились. Мне было страшно. Жутко страшно сидеть на полу у камина, зная, что в холле лежат три мертвых человека. Прикованная к батарее рука затекла, и я ее не чувствовала.

Когда последняя надежда угасла вместе с закатом, приоткрытая в гостиную дверь скрипнула, и я вздрогнула всем телом.

Тихо проскользнул худощавый силуэт в черном. Каким-то шестым чувством я узнала Марка, управляющего ночным клубом «Приват».

Он скользнул по мне фонариком и тихо выругался.

—Б…ть… Давно здесь сидите?

— Не знаю…

Опустился передо мной на корточки и быстро раскрыл наручники.

Позади него мелькнул в полумраке Воровский.

— Лиза! Черт…  — прошипел он.

— Здесь кровь, шеф. На полу много, и на камине. Нам повезло, что нет ковра. Надо убирать. И отпечатки стереть. Пистолет заберем, пробьем по базе. Если полиция до сих пор не приехала, значит об убийстве никто не знает.

Но надо спешить, неизвестно, когда сюда решит наведаться секретарь Азуле…

Воровский помог мне подняться. Марк зажег свет и со знанием дела бесшумно скользил по помещению в перчатках, тщательно вытирая смоченной странно пахнущей  жидкостью тряпкой следы моего присутствия.

— Выходите через черный ход. Смеркается, место безлюдное, вряд ли кто-то вас увидит. Я поднимусь, посмотрю, что с камерами наблюдения. Если они работают, то зафиксировали убийство. Если же нет, все намного хуже. Тогда нам останется только ждать.

Воровский крепко взял меня за руку.

— Ты идти можешь, Лиза?

— Могу, да.

Мы быстро пересекли холл. Я с ужасом оглянулась на лежащих у окна Азуле в белоснежном костюме и его двух охранников. Они уже остыли. Олег так просто расправился с ними, что по спине пополз леденящий холод."

"— Еще двое во дворе. Сидят в машине, как ни в чем не бывало, — будто читая мои мысли, буркнул Воровский и подтолкнул меня вперед. — Твой бывший муж хороший стрелок.

— Он убил их, потому что решил, что я выбрала в любовники Азуле… — сглотнув ком в пересохшем горле, пробормотала я.

— Меня оставили в живых только потому, что Олег хотел, чтобы я пошла под суд за убийства. Понимаешь, Миша?..

Мы вышли на улицу.

Воровский ничего не ответил на мое признание. Молча открыл заднюю дверь черного джипа и подтолкнул вперед.

— Салфетки возьми. Вытри кровь, как сможешь. Приедем ко мне, там отмоешься, как следует.

Скоро к нам присоединился Марк. Он был мрачен.

— Видеонаблюдение отключено месяц назад. Похоже, теперь нам придется затаиться и ждать результатов деятельности бравой полиции.