Из зеркала глядел тусклыми глазами всклокоченный, не первой свежести труп, вдобавок обросший трехдневной щетиной… (Последнее время было как-то недосуг побриться. – Д.К.)

Почистив зубы, я отскоблил бритвой физиономию, принял контрастный душ, проделал комплекс дыхательных упражнений и, проигнорировав нашу столовую, отправился к куратору.

– Бесовское нападение? – едва завидев меня, спросил дядя Миша.

Я молча кивнул.

– Что-нибудь ели с утра?

– Нет.

– Тогда попейте крещенской воды, – он протянул прозрачный, наполненный на две трети стакан.

Перекрестившись, я залпом выпил и сразу почувствовал себя гораздо лучше. Мысли прояснились, исчезла ломота в висках, тело окрепло, настроение улучшилось и в животе заурчало от голода. Дядя Миша между тем разлил по чашкам душистый час с травами. На столе, непонятно откуда взявшееся, стояло блюдо с домашними пирожками.

– Ешьте, ешьте, – заботливо посоветовал он. – Сегодня вам понадобится много сил!

Не заставляя себя долго упрашивать, я с аппетитом набросился на пирожки и в считаные минуты умял все до единого, одновременно заглотив чай. И тут же ощутил мощный прилив стыда. «Обжора ненасытный! Хам бессовестный! Сожрал все в одно рыло, а о начальнике не подумал! У-у-у-у, блин, урод моральный!»

– Не беспокойтесь, полковник, – перехватив мой жалкий, виноватый взгляд, улыбнулся куратор, – я уже позавтракал перед вашим приходом. Еще хотите?

– Нет… спасибо…

– Тогда идемте. – В два глотка допив чай, он легко поднялся из-за стола.

Немного попетляв по знакомым тоннелям, мы вышли к миниатюрной железнодорожной платформе, описанной в десятой главе. Уселись на поджидавшую нас дрезину, доехали до эвакуатора на улице Гагарина, поднялись наверх по винтовой лестнице и в конечном счете очутились в добротном гараже у черного «Опеля».

– Не будем в глаза бросаться. Их в Н-ске полным-полно, – усаживаясь за руль, пояснил дядя Миша."

"С этими словами он завел мотор, нажал кнопку на небольшом пульте (двери гаража автоматически раздвинулись), выехал наружу, снова нажал кнопку, закрывая гараж. И аккуратно выехал из гаражного комплекса на оживленную утреннюю улицу. Я, довольно давно не бывавший на поверхности, приспустил боковое стекло и с удовольствием вдыхал холодный, колючий, порядком загазованный (но не подземный, не кондиционированный!), настоящий городской воздух. Куратор вел машину спокойно, уверенно, на предельно допустимой скорости. Ловко маневрировал в густых потоках автотранспорта и каким-то непостижимым образом выскальзывал из любых пробок. Я особенно не удивлялся и вопросов не задавал.