«Инвест холдинг». Хм. Что-то как будто знакомое. А может и нет, навскидку и не скажешь. При таком количестве названий, которые проходят перед моими глазами, сложно вспомнить даже те, с которыми я непосредственно работал год назад. Что говорить о тех, которые проходили краями.

Читаю дальше. Ничего особенного. Уставные документы. Причем только здесь Покровский?

Листаю дальше. Документы на тендер. А, вот оно, ясно. Покровский в доле, пока его процент не вижу, но даже если компания его, он может оформить конечным бенефициаром подставное лицо.

Пока ничего интересного, самое интересное в том, зачем все это Виолетте? Зачем Глеб ей все это отправил?

Просматриваю документ за документом. Переуступка права. Глаз цепляется за имя...

Ебать.

Ввод в состав учредителей.

Если бы я снимал фильм, то по сценарию мне положено несколько раз протереть руками глаза. И это бы вышел еще тот ебучий триллер.

Беру телефон, набираю Уно.

— Пробей компанию. Срочно. Прямо сейчас. «Инвест Холдинг».

— Сейчас сделаю, босс.

Чтобы сократить время ожидания, пробую полистать что-то развлекательное, но картинки бестолково мелькают перед глазами. Я вижу только одну строчку, одно имя, которое взрывает мозг, и он не воспринимает информацию. Отталкивает как защитное магнитное поле.

Когда раздается звонок Уно, выдыхаю чуть ли не с облегчением. Хватаю телефон.

— Говори.

— Демид Александрович, — слышу растерянность в голосе парня, и внутри все обрывается, — я отправил вам сообщением состав учредителей. Точнее одного учредителя. Это...

— Я понял, Уно. Благодарю, — резко обрываю, сбрасываю звонок. Открываю сообщение.

«Учредитель компании «Инвест Холдинг» — Демид Ольшанский».

Ну не пиздец?

***

Арина

Впервые за все время, что я живу у Демида, я рада, что он не дома. Мне надо прийти в себя, переварить то, что услышала.

Нет, не переварить, забыть. Все это бред, я не должна верить. У Демида хватает врагов, а это даже не враг. Клоун какой-то. Зорро.

Зачем я его вообще слушала? Зачем повелась на его разговор?

Надо учиться у Демида. Этот если не хочет разговаривать, заставить его невозможно. Нереально. А я как благодарный зритель — раскрыла рот и слушала каждое слово.

Я не верю ни одному слову.

Но следом перед глазами встает отец, такой как на видео, с потухшими глазами и голосом, полным горечи. Он говорит о предательстве, и сомнения снова подползают к сердцу.

Пиликает телефон, открываю мессенджер и замираю, когда вижу во входящих сообщение от Демида.

«Малыш, ты уже освободилась?»

И снова мысленно радуюсь, что это всего лишь сообщение. Я бы не смогла сейчас посмотреть ему в глаза, мне мучительно стыдно за свое недоверие. Чувствую себя такой же предательницей, о которых говорил папа.

Демид не заслуживает такого отношения.