А мне стыдно ему даже признаться, что я согласилась все это выслушивать.

Горячим душем пробую выбить из себя неприятные мысли, у меня даже немного получается. Переключаюсь на то, как встречусь с Демидом завтра. Я не стану ему ничего говорить. Может потом, когда-нибудь, пройдет время, и я признаюсь.

Забираюсь в постель, и от вида пустой подушки на стороне Демида сжимается сердце. А в голове мелькает предательская мысль, что даже если это правда, я все равно хочу с ним долго и счастливо. Независимо от того, на чем построено мое счастье.

Уснуть не дает звук работающего двигателя и свет фар, пускающий блики на окна. Подбегаю к окну, и сердце радостно подпрыгивает от вида высокой фигуры, выбирающейся из автомобиля.

Демид!

Он идет к дому, зажимая под рукой папку. Вернулся!

Срываюсь с места, чтобы вылететь навстречу, но добегаю до двери, и как будто невидимая рука держит и не пускает дальше.

Что-то случилось? Почему он вернулся? Может что-то узнал?

Медленно возвращаюсь, ложусь на кровать и натягиваю одеяло до самого подбородка. Поворачиваюсь спиной и закрываю глаза. А сама даже сквозь сомкнутые веки вижу, как он вырастает в дверном проеме. Просто знаю, как он это делает.

— Малыш, ты спишь? — спрашивает Демид хриплым голосом, от которого мурашит спину и затылок.

Он вслушивается в тишину, и я равномерно дышу, старательно изображая сон. Демид что-то бормочет под нос неразборчивое, и я слышу звук отдаляющихся шагов."

"Его нет достаточно долго, а у меня сон уже улетел как и не было. Прислушиваюсь к каждому шороху, отчаянно жалея, что притворилась спящей. И когда я уже готова отправляться на поиски, дверь вновь распахивается, комната наполняется терпким запахом мужского геля, а кровать прогибается под тяжестью мужского тела. И следом сразу же ощущаю эту тяжесть на себе.

— Иди сюда, хватит спать, — мурлычет Демид в самое ухо, — завтра выспишься.

Его горячее тело вжимает меня в матрас, нетерпеливые руки пробираются под шелковые шорты.

— Что ты так упаковалась без меня, малыш? — хриплый шепот заставляет выгнуться и податься навстречу пальцам, которые уже гладят, скользят, возбуждают.

Тяну руку вниз, обхватываю ладонью его член. Провожу сверху вниз, от головки к основанию, растирая смазку. Его эрекция мгновенно каменеет, наливается и пульсирует, под бархатистой кожицей чувствуется горячая твердость. От ощущения собственной ладони на мужской плоти теку еще больше прямо на пальцы Демида.

Он это чувствует, сильнее вжимается в спину твердыми мышцами живота, членом толкается в руку. Другой рукой находит грудь, и я со стоном начинаю двигаться на его пальцах, трусь спиной об его грудь.

— Ну все, проснулась моя девочка, — Демид опрокидывает меня на спину, подтягивает за колени.