Править должен был Сети-Мернептах, старший сын Сети, но вдруг умер во время траура по отцу, хотя был моего возраста. Был еще один претендент Сетнахт, младший сын Аменмеса, но его вовремя отправили на южную границу Верхней земли командовать корпусом «Сутех». Нубийцы опять бунтовали.

— Я заметил, что нубийцы бунтуют как-то слишком уж своевременно, — произнес я."

"— Не один ты заметил это, — сказал Джет. — Таусерт придется очень постараться, чтобы удержаться у власти после нашего поражения. Отправляя нас в поход, она сама сказала, что желает узнать волю богов. Была уверена, что обязательно победим. Оказалось, что боги против того, чтобы правил ее сын, вот мы и проиграли.

А я даже не догадывался, что исполняю волю египетских богов!

— Как быстро она сможет собрать пару корпусов и направить сюда? — спросил я.

— Она один корпус «Птах» еле сумела отправить, и только для того, чтобы узнать волю богов. На востоке опять зашевелились народы пустыни. Защита от них важнее, чем месть тебе за разбитый корпус, — рассказал он.

— Я тоже так думал, — согласился с ним. — Значит, займусь приведением к покорности городов, поддержавших вас.

— Они сами приведутся, — пренебрежительно молвил Джет.

Глава 102

Он был прав. Мы еще делили откуп Угарита, когда прибыли послы из Губла и Сидона. Первые вели себя более уверено, потому что знали об участии отряда Шумадды в сражении против египтян. Помогли и тем, и другим — и не прогадали. Кстати, после сражения среди пленных было и несколько гублцев, которые сразу были зачислены в отряд наследника. Оставить Губл совсем без наказания я не мог, поэтому назначил горожанам отработку. Они должны были прислать в мое распоряжение десять галер с зерном и скотом для снабжения моей армии, а потом сделать ходку с нашими трофеями в Милаванду. С сидонцев в оплату за предательство потребовал двадцать галер с продуктами питания и ценными товарами, а потом должны будут перевезти трофеи в Пуплуну.

Весть о том, что наказание терпимое, разлетелась по всем финикийским городам и не только. В мой лагерь потянулись делегации из всех приморских городов, включая Газу и Ашкелон, которые выставили египтянам по десять колесниц и сто пехотинцев. Жителей этих города испугала весть, что я собираюсь напасть на Та-Кемет, а путь туда, что по суше, что по морю, пролегал мимо Ашкелона и Газы.

Вообще-то, у меня не было планов нападать на Та-Кемет. Сделал свое дело потенциал. Мы разбили египетскую армию, которая превосходила нас примерно вдвое. Если увеличим свою армию в два-три раза, то справимся и с главными силами Та-Кемета. Так рассуждали те, кто хотел падения могущественной империи людей реки.