— Извини, если помешал… Как у нее дела?

Меня, вообще-то, мало интересуют дела Таси, но я уже весь мозг сломал, думая, как разговорить Настю. Что такое сделать, чтобы вернуть ее к заводским настройкам. Чтобы трещала как сорока и вопросы невпопад задавала.

— Нормально. Она в городской управляющей работает.

— Ммм…

Принимаюсь за еду, периферийным зрением замечая, как маленькими глотками она пьет вино.

Чего еще спросить, чтобы точно ответ получить? Узнать бы про Артура, но ответ на главный вопрос я из нее уже выцарапал. О себе и жизни до моего возвращения она принципиально не рассказывает.

— Как у Лешки дела? Скоро школу заканчивает?

— В следующем году, — отзывается Настя.

— Он меня не жалует? — намекаю на встречу у ее родителей.

Он меня взглядом чуть не освежевал. Волосы на затылке зашевелились.

— Типа того, — вдруг ласково улыбается она.

Заостряю внимание на этом моменте, делая в голове пометку, найти с ее братом точки соприкосновения. Если пацан зол на меня, при верном подходе, вывалит на меня все обиды. И свои, и Настины.

Ну, и с Рокотовым бы потолковать не мешало. Попробовать убедить его самоликвидироваться.

— Еще? — киваю на опустевший бокал, но Денежка мотает отрицательно головой.

— Кирилл… можно вопрос? — спрашивает она, вынимая из стула Ромку.

Тот, стащив со стола печеньку, уносится в комнату к своим машинкам.

Я весь машинально подбираюсь. Внутри автоматически запускаются все системы. Все рецепторы мгновенно настаиваются на прием подаваемых ею сигналов.

— Можно, — киваю я.

— Я хотела спросить… на счет диплома…

— Ну…

— Мне показалось, что отношение Смирнова ко мне немного изменилось…

— В каком смысле? — включаю дурачка.

— Ты случайно, не говорил с ним?

— Я?.. — для правдоподобности округляю глаза, — я нет… Хотя, может, отец звонил…

— Зачем? Откуда Герман Дмитриевич знает, у кого я пишу диплом?

— Понятия не имею…

Настя поджимает губы. Вижу, как злится, но понимает, что против отца ничего не сделает. Если он решил помочь матери своего внука, не принять его помощь она не сможет.

Отец, конечно, ни при чем. Я сам Смирнову звонил, попросил помочь, он не смог отказать.

— Насть, тебе мама звонила?

— Звонила.

— Поедете?

— Да, я уже согласилась, но…

Мнется, потом, соскочив, начинает убирать со стола посуду.

— Но… — подталкиваю ее.

— Но идея не очень, да?.. — издает короткий смешок.

— Почему?

Она застывает. Опираясь двумя ладонями о столешницу, низко опускает голову.

Бл*дь… бл*дь…

Подорвавшись, в секунду оказываюсь за ее спиной. Скопировав позу, кладу руки на стол рядом с ее ладошками. Настя сильно вздрагивает, подается вперед, будто боится, что коснуться ее захочу.