— Это правда? — продолжает шипеть Тася, — ты и Кирилл? А как же Дима? Ты же говорила…

— Потом, Тась…

— А Карина?!.. О, Боже… Она знает?

— Тася, — шикаю на нее, когда из ванной выходят Греховцевы.

Ромаш проскальзывает между столом и моими ногами и начинает карабкаться в свой стул. Кир подходит, чтобы ему помочь, подсаживает на руки и ненароком касается меня бедром.

Прошивает насквозь. В животе сладко отзывается.

Чччерт… гребаная извращенка.

Выдергиваю из шкафа тарелку, сделав сосредоточенное лицо, наполняю ее до краев и ставлю в микроволновку.

Потом включаю чайник и только после этого разворачиваюсь к ребятам лицом.

— Я пойду, Насть, — лепечет подруга.

Она Греховцева всегда немного сторонилась, а тут и вовсе оробела. Я ее где-то понимаю, потому что, встав у стола, Кирилл заполнил собой половину моей кухни, а если учесть его вибрирующую плотную энергетику, удивительно, как Тася вообще не онемела.

— Оставайся, — прошу, особо ни на что не надеясь, — вино не допили…

Кирилл берет бутылку в руку и начинает читать этикетку. К моей просьбе к Тасе не присоединяется.

— Встретимся еще, — роняет негромко, протискиваясь между Греховцевым и кухонным гарнитуром."

"Глава 47

Кирилл.

Усевшись на освободившийся табурет, опираюсь спиной в стену. Ромка, сидя в своем троне, копирует мою позу. Молча друг другу лыбимся.

Мой сын. Моя кровь. Наша территория.

Из прихожей доносятся тихие голоса девчонок — быстрый шепот Таси и редкие реплики Насти. Подружка ее, похоже, в шоке. Удивительно, что Настя не поделилась с ней раньше.

Сдержала ведь обещание — никому ни слова. Карина бы на ее месте пресс — конференцию уже собрала.

А Настя молчала до последнего. Кремень девочка.

Появившись на кухне, она встает в дверном проеме и складывает руки на груди. Думая о чем-то своем смотрит на Ромку, а потом вдруг переводит взгляд на меня.

Вдоль ребер струны какие-то натягиваются, звенят, посылая по всему телу мелкое дребезжание. Ненормальная херня, остановить которую я не могу, но взгляд ее удерживаю. Всем видом, бл*дь, показываю, что к диалогу готов.

Не выдерживает, а может, просто не хочет. Отвернувшись, вынимает из микроволновки тарелку с курицей и рисом и ставит передо мной.

Я только из ресторана, где встреча с возможными будущими партнерами проходила, но ради того, чтобы она меня не выгнала прямо сейчас, готов поужинать второй раз.

Убирает со стола посуду после подруги, смахивает крошки, но свой бокал оставляет.

Наливаю ей вина, жду, когда перестанет суетиться и сядет.

— Почему ты ей сама не рассказала?

Садится напротив меня и ставит перед Ромашом миску с хлопьями.

— Как раз собиралась. Ты пришел.