Два десятка смертей в обмен на сотни, тысячи жизней, которые сможет спасти исцелившийся ученик, — невелика потеря. Так рассуждал наставник Бирна и приступил к делу, рискнув довериться словам уже давно скончавшейся безумной старухи.

Прабабка не соврала: ритуал подействовал, как должен был, и юный Бирн не только вернул себе дар, но и преумножил его. Если бы тогда уже определяли дар по книгам темных, как это принято сейчас, должно быть, он поднялся бы с шестого уровня до восьмого.

Наставник ликовал. Наставник праздновал победу. Наставник… начал завидовать своему ученику и решил провести еще один ритуал, но уже для себя.

— По моим прикидкам, — спокойно рассказывал старик, покачивая давно опустевшую чашку в скрюченных от возраста пальцах, — у него изначально был уровень дара не ниже пятого. Он увеличил его одним ритуалом, но все равно не достиг моего и пошел на второй круг…

Юный наивный Бирн помогал наставнику во всем: как с приготовлением чудо-средства, так и с поиском потенциальных жертв и их подготовкой к ритуалу. Убивали тоже вместе. Но когда учитель объявил, что планирует повторять ритуалы раз за разом, повышая и повышая свою силу, ученик наконец понял, что они заигрались.

— Я убил его во сне, — все тем же ровным тоном признался Бирн, продолжая крутить в пальцах чашку. — Он ничего не почувствовал…"

"А потом молодой, но теперь чрезвычайно одаренный целитель покинул родной город и уехал искать лучшей доли. Пожил и в Прибрежье, и в Лирте, и в самой столице, пока наконец не осел в крохотном Приме, сделав южный город-курорт еще популярнее, чем прежде.

Испытывал ли он чувство вины? Безусловно. Но искренне считал, что спас убийством наставника сотни невинных, а потому не раскаивался.

Тоже учил молодежь, исцелял больных и никогда и никому и словом не обмолвился о том, что произошло во времена его юности.

Так бы и осталось, если бы однажды в город не приехал молодой целитель из столицы, пострадавший при пожаре…

— Когда я увидел вас, Грегори, то узнал себя. — Теперь старик улыбался тепло и заботливо. — Молодой, талантливый, принципиальный — горячая кровь. В возрасте, когда вся жизнь впереди. И в состоянии полнейшего бессилия и отчаяния. И тогда я вспомнил о ритуале своего наставника…

Решиться, по словам Бирна, было самым трудным.

А потом все пошло как по маслу.

Для ритуала подходил лишь определенный тип жертв. Во-первых, девственники. Во-вторых, не обладающие даром или имеющие самый минимальный уровень белой магии. В-третьих, те, у кого в предках были по-настоящему могущественные целители, но чей в род в следствие браков с немагами утратил силу. Благо в маленьком городе узнать подноготную местных жителей было несложно — главное, знать, что спрашивать.