Сколько она так сидела, Элинор не знала — совершенно потеряла счёт времени и оторвалась от реальности. Поэтому вздрогнула, когда её плеча коснулась чья-то тёплая ладонь.

— Подвинешься?

Услышав этот голос, Эль зажмурилась крепко-крепко, до рези в глазах. Однако Линден так и стоял неподалеку, ожидая её ответа и явно не собираясь уходить. Она не поднимала головы, поэтому не видела его — только чувствовала. А ещё знала: он все равно не уйдёт.

Элинор с шумом втянула в себя влажный воздух оранжереи.

— Дай мне минуту, — попросила хрипло. Поняла, как прозвучал её голос, и откашлялась. — Я сейчас.

— Без проблем, — откликнулся Айрторн и действительно отошел.

А Эль ещё раз вздохнула, подняла голову и принялась вытирать лицо — чем было: сперва собственными руками, а затем уже и без того испорченным слезами подолом платья. К мокрым пятнам добавились разводы от туши — черт ее дернул накрасить сегодня ресницы!

Должно быть, она сейчас и правда представляла собой жалкое зрелище. Но бежать, чтобы Линден не увидел ее распухшего от слез лица, перемазанных тушью щек и покрасневшего кончика носа, было бы глупо. Кто-кто, а он видел ее любой.

Не его вина, что не увидел той, кем она мечтала.

— Я готова, — не оборачиваясь, позвала Эль и, копируя мать, похлопала по валуну рядом с собой.

Айрторн не заставил себя долго ждать: тут же уселся рядом, подобрав под себя ноги. Однако заводить разговор не спешил, просто сидел и молчал. Но от этого становилось хорошо и спокойно — он всегда на нее так действовал.

— Прости меня, — наконец прервал молчание Линден, видимо, устав любоваться фикусами.

Эль горько усмехнулась, дернула плечом.

— За что? За то, что меня не любишь? — Смотрела при этом исключительно на фикусы.

Линден тоже усмехнулся, только вовсе не горько.

— За то, что заранее не предупредил, дурында. — А потом и вовсе притянул её к себе одной рукой, а второй бессовестно взъерошил ей волосы на макушке. — Люблю я тебя, маленькая заноза, ты же знаешь.

— Эй! — Эль дернулась, попыталась вырваться. Но не тут-то было, этот дуралей держал крепко. — Ну ладно... — пропыхтела она, начав отбиваться уже всерьёз.

Он хохотал и уворачивался.

Через минуту засмеялась и Элинор.

— Все? — мягко спросил Линден, все еще ее удерживая.

— Все, — буркнула Эль, силясь выровнять дыхание. Он выпустил тут же. — Придурок, ты вывихнул мне шею! — Она потерла ладонью больное место — кажется, и правда потянула мышцу, идущую от плеча к затылку.

— А ты своими острыми локтями отбила мне ребра, — весело отозвался Айрторн.

Глядите-ка, покалечила, как же.

Эль фыркнула.

— И поделом!

Линден же снова усмехнулся, прищурился, склонив голову набок и теперь глядя на нее в упор.

— За то, что собираюсь жениться?

— За то, что придурок! — рявкнула Эль, воинственно уперев руку в бок.