А то у тебя такой ошалевший вид, что можно принять за сумасшедшую

— Нет, мне нужно сейчас! — упрямо мотаю головой, — Откуда мне знать, что вы тоже не какой-нибудь бандит и не везете меня сейчас убивать!

— Рисковать своей башкой, вытаскивая тебя, чтобы самому убить? — с сарказмом уточняет Демид. Он окидывает меня скептичным взглядом и хмыкает, — Много чести.

— Мне нужно домой! — настойчиво повторяю я.

— Ладно, ладно, — закатывает глаза Демид, — отвезу я тебя домой. Вот только у меня есть одно интересное предложение…

— Что за предложение?

— Хм… тебя кто дома ждет? Муж?

— Я не замужем.

— Тогда чего так домой торопишься?

— А что, если мужа нет, то ждать дома некому? — спрашиваю с сарказмом.

— Парень что ли? Или любовник?

— Мама, — отвечаю сдавленно, неизвестно чего смутившись.

— Ну тогда точно не стоит появляться на пороге перед ней вот такой, — улыбается Демид.

— Какой «такой»?

— Сама посмотри, — он включает свет в салоне и опускает вниз козырек от солнца, в котором блестит небольшое зеркало."

"Выхватываю свое отражение взглядом и невольно вздрагиваю: русые волосы всклокочены и спутаны, на щеке и правда растекся кровоподтек синюшного цвета, а глаза светятся нездоровым блеском. Я выгляжу такой затравленной и перепуганной. Поневоле прокручиваю в голове произошедшее сегодня днем и по щекам начинают течь слезы. Я ведь могла умереть! На самом деле! Меня бы просто прикопали где-нибудь на территории того дурацкого склада, и всё! Мама бы с ума от горя сошла.

Может сказывается нервное перенапряжение, скопившееся за весь день, но я плачу, прижимая к себе Лесю, и не могу остановиться. Стараюсь не всхлипывать и плакать беззвучно, чтобы ее не разбудить, но все равно успокоиться не получается.

— Эй, ты чего? — судя по опешившему взгляду Демида, он точно не ожидал от меня такой реакции.

А что я могу поделать?! Я никогда вообще в ситуации не бывала, когда что-то угрожало моей жизни! В небольшом поселке никто не крадет тебя посреди дня, не похищает и не удерживает силой в какой-нибудь заброшке и не угрожает пистолетами. Да за всю мою жизнь я только однажды в детстве пожар видела, а больше ничего и не происходило у нас.

Демид словно чувствует накатывающую на меня истерику. Он выруливает на край дороги, останавливает машину и поворачивается ко мне. Вот теперь на лице перепуганного мужчины ни капли иронии и шутить он даже не думает. Склоняется ближе, берет мой подбородок пальцами и заставляет смотреть на себя.

— Все хорошо, ты спаслась, слышишь? Все нормально у тебя будет, синяк пройдет, себя в порядок приведешь и будешь жить спокойно дальше. Поняла меня, малышка? — он заглядывает в глаза, ожидая ответа, и я чуть киваю. — Тогда не реви.

Шмыгаю носом и говорю твердо:

— Только я не малышка. Я Соня.