Они стояли у двери, мадам Роза отпирала ее ключом и приговаривала:

— Все самое лучшее — для наших любимых клиентов! Обычно мы таким не занимаемся, но только для вас приберегли этих двоих…

Мужчина что-то ответил.

У меня потемнело перед глазами от ярости. Замахнувшись, я бросила статуэтку, целясь мадам Розе в голову. Промазала, потому что меткость никогда не была моей сильной стороной.

Зато уже спустя долю секунды по коридору прокатился такой мощный порыв ветра, что сшиб с ног и мадам Розу, и стоящего рядом с ней мерзавца.

Дверь комнаты, которую мадам Роза успела отпереть, рывком открылась внутрь, ударившись о стену.

Руби за моей спиной вскрикнула.

Я бросилась вперед. Размышлять времени не было, но… это что, магия? Если да — то я этим двоим сейчас еще и добавлю! Тяжело дыша, я влетела в комнату, которая выглядела как обычная спальня, и уставилась на двух рыжих ребят.

Глава 9

На секунду время как будто остановилось. Комната была немного скромнее той, которую показала мне Руби, но размер кровати не давал возможности ошибиться в том, для чего она предназначена. Оба рыжих ребятенка, одетые во что-то серое и бесформенное, сидели на ней и смотрели на дверь с испугом.

Источником света была единственная свеча, стоящая на подоконнике.

Я ощупывала их обоих взглядом, с тревогой замечая, что Хью выглядит испуганным, а у Эми — губы все в корочках, наверняка опять она их искусала, и ногти тоже наверняка грызла, и кончик косы жевала, он влажный. Их кормили? Выпускали вообще отсюда? Давали попить? На вид им было лет восемь, уже довольно взрослые. И…

Вихрь мыслей в голове улегся из-за оглушительного двойного:

— Мама! Мама, мама! Мама пришла!

Спустя секунду рыжий ураган едва не сбил меня с ног.

Обнимая обоих ребят и механически отмечая, что они похудели (как будто это возможно за один день, но думать логически сейчас не выходило), я изо всех сил пыталась не реветь от пережитого испуга. Во-первых, нужно держать себя в руках. Во-вторых… похоже, чужих детей и вправду не бывает. Я уже и сама запуталась в том, где были мои эмоции, а где — то, что могла бы чувствовать Элис. Просто меня захлестывало радостью и облегчением. Успела! Они оба — в порядке! Никогда больше не отпущу! Когда мои собственные дети стали взрослыми это материнское собственническое чувство пришлось задавить в себе, а сейчас…

— Мама, мама, а где ты была?

— Тетя Руби сказала, ты вернешься днем, а ты все не возвращалась!

— А Хью, — прозвучало это как «хю», — опять щипается!

— Ничего не щипаюсь!

— Щипается!

— Ах ты дрянь! — раздался за моей спиной визгливый голос.

— А ну пошла отсюда!

Я вскочила, толкая обоих детей себе за спину.

Мадам Роза, с которой свалился светловолосый парик, обнажив куцые седые волосы, уже поднялась на ноги.