Как-то в голову не приходило, что тут его могут поджидать не самые приятные сюрпризы.

Да и не до того было – сначала  он чувствовал себя загнанным в ловушку и готов был на всё, лишь бы избежать навязанного брака. Потом весть дошла до замка и Адель рыдала дни напролёт, а он ощущал себя обманщиком. Соблазнил, уговорил на близкие отношения, пообещав выпросить у его величества разрешение на левиратный брак, и, получается, обманул.

Адель ему действительно нравилась – красивая, заботливая, не капризная. Во всех отношениях удобная.

Но отец не оставил выбора!

А ещё с Адель так нехорошо вышло: по возвращении из столицы он собирался поговорить с глазу на глаз, подготовить, объяснить, почему их брак невозможен. Но не успел – прикатил барон де Соло, опекун его невесты. И так случилось, что леди узнала сногсшибательную новость из восторженной речи барона.

Арман поморщился, вспомнив, как она побледнела, покачнулась, но устояла на ногах. И больше недели ни за какие коврижки его к себе не подпускала. Более того, пыталась вернуться в поместье, доставшееся ей от покойного мужа! Вещи собрала, карету приказала запрячь, все ключи и книги прихода и расходов ему на стол отнесла...

Никакие уговоры не помогали – любовницей не буду, и всё тут!  Мол, пока оба были свободны, их связь ни на кого тень не бросала.

– Арман, я не смогу спокойно смотреть, как ты милуешься с женой! Я ревнивая, прости. Мне лучше уехать и не мешать вашему счастью!

– Какое счастье, Адель? Я её не люблю и никогда не полюблю! Тощая девчонка, там даже смотреть не на что, – убеждал он молодую женщину. – Мне от неё нужен только ребёнок, а потом отправлю с глаз долой.

– Она моложе, – рыдала вдова, – и будет законной женой. Ты обязательно в неё влюбишься и выгонишь меня! Лучше я уеду сейчас, чем через год стану тебе в тягость!

И согласилась остаться только после визита в баронство, куда он увёз её едва не силой."

"Официальная причина поездки – чтобы экономка замка познакомилась с будущей герцогиней, а та передала ей распоряжения  насчёт убранства своих покоев, торжественного обеда по случаю бракосочетания и тому подобных хозяйственных нюансов.

На самом деле он хотел, чтобы Адель посмотрела на леди Сонию. Навязанная невеста на красавицу и соблазнительную женщину никак не тянула. Нечем ещё соблазнять – толком ни груди не наросло, ни попы, хотя личико милое.

Всё получилось, Адель передумала уезжать.

Но прошло всего две недели, и тощая заноза, его жена, незаметно пробралась к сердцу герцога. Впилась пиявкой: вытащить больно и оставить нельзя. Как заденешь – колется! А не заденешь, всё равно свербит, не даёт покоя.

Насколько было легче, когда жена вызывала у него одно раздражение и злость...

Наследственное право она изучает, надо же!

Ещё записка эта.