Пойдут в наступление, тогда-то мы и разгромим их. В сложившейся обстановке я не вижу ничего критического.

Бонке со злостью взглянул на своего бывшего заместителя.

— Значит, выход взвода Курца и двух взводов охранной роты ты считаешь ошибкой.

— А разве нет, Вилли? Впрочем, прошу извинить. Ты принял тактически обоснованное решение. Мы обязаны прикрывать железную дорогу. В Ясине взвод погиб из-за неверных действий Гофрида. Курцу надо было… хотя что теперь об этом говорить.

— Связист! — Бонке повернулся к рядовому Зигелю.

— Да, герр гауптштурмфюрер.

— Связь с командирами взводов.

— Вокзал вызывать? — спросил солдат.

— Я сказал, с командирами взводов, значит, со всеми.

— Слушаюсь!

Бургомистр кашлянул.

Бонке перевел взгляд на него и заявил:

— А ты чего здесь сидишь? Займись охраной управы.

— Герр Бонке, в управе уже никого нет, кроме двух полицейских, которые охраняют вход, — ответил Роденко. — Мне там делать нечего, разрешите остаться здесь.

— Да ты никак боишься!

— Признаюсь, мне не по себе. Какое-то плохое предчувствие.

— Трус ты, Роденко. Сиди тут, а то еще наделаешь делов. — Гауптштурмфюрер взглянул на начальника полиции. — Калач, но ты-то неробкого десятка. Чего здесь делаешь?

— А кто меня вызвал, не вы ли, герр гауптштурмфюрер?

— Мы уточнили обстановку, теперь иди и занимайся охраной зоны.

— У меня просьба, господин Бонке.

— Ну?

— Вы бы дали команду прислать на усиление полиции пару мотоциклов от вокзала. Там им делать нечего, а тут…

— Что тут? — прервал его исполняющий обязанности коменданта.

— У меня десять человек, вооруженных винтовками.

— И что? Задача отряда полиции — охранять административную зону. От кого ты собираешься оборонять ее?

— Кто знает, не прикрывает ли партизанский отряд действия какой-нибудь группы специального назначения? Мы не можем исключить, что к партизанам не добрались диверсанты из-за линии фронта. Вспомните, что произошло в Минске."

"Бонке усмехнулся и заявил:

— Я все хорошо помню. Там, Калач, никто не прикрывал диверсантов. Если такая группа и заброшена к нам, то она должна действовать самостоятельно, без того шума, который устроили партизаны. Да и кого здесь ликвидировать диверсантам? Меня, тебя, ротных, бургомистра? Районная власть — не та мишень для диверсионных групп. Минск — это да, там было кого убирать, а здесь? Не надо льстить себе, Калач. В Москве вряд ли приняли решение уничтожить новую власть в захолустном районном центре. Ступай, проверь своих полицейских.

— Как скажете, господин Бонке.

Пока шло совещание в комендатуре, группа капитана Авдеева перешла железную дорогу и начала сближение с улицей Восточной, откуда должна была выйти по Трудовой к административной зоне.