Перед глазами стояла картина, как я ее трахаю. Без сантиментов и нежностей. Член пульсировал, яйца болезненно поджались, но я какого-то хрена сдерживался. Я мог поставить ее на колени, расстегнуть молнию на брюках и приказать отсосать. Этой фантазии не один год. До орального секса у нас так и не дошло. Я как любой нормальный мужик мечтал, чтобы она приласкала меня ртом. Тормозил. Не смел даже намекнуть, боясь обидеть. Нашел о чьих чувствах печься!

Вынув из нее пальцы, размазал влагу по промежности, немного задержался на клиторе. Услышав ее сдавленный вздох, вытащил руку из трусов. Я точно рехнусь!.. Могу же заставить. Она не посмеет отказать. Так какого хрена?..

Отошел от нее к окну. Вижу боковым взглядом, как она дрожит, как обнимает себя руками. Растираю между пальцами ее влагу, сладковатый запах бьет по обонянию. Расстегиваю и стаскиваю с себя рубашку, следом брюки… Я чувствую, Милена за мной наблюдает.

Полностью раздевшись, направился в душ. Надо смыть этот запах! Надо остудить голову, потому что в таком состоянии я не могу думать! Как бы я ее не ненавидел, насиловать не собирался!

Глава 5

Артур

Надо валить из дома. Семь лет прошло, а меня до сих пор рвет душу, когда я на нее смотрю! Включив холодную воду, встал под душ. В голове шумела кровь, пульсировала в висках… Как же я ее ненавижу!

…

Вторая наша встреча произошла в полицейском участке. Задерживать меня не стали, отец подсуетился. Милене уже объяснили, какие показания она должна была дать. Испуганная девочка пришла вместе с родительницей, тогда я и узнал, что ей всего лишь шестнадцать.

Следователь, пытаясь угодить моему отцу, жестко давил на Милену и ее мать. Я сидел в коридоре и слышал, как он с ними разговаривает.

— Вот из-за нее, я сорвался с работы?! Из-за нее, я должен вытаскивать твою задницу из тюрьмы?!? — родитель сидел напротив и прожигал меня злым взглядом, он не понимал, зачем я полез в драку. — Пусть бы они ее хороводом там оттрахали, какого хера ты в это полез? Она тебе мать, жена, сестра?! — продолжал отец яростно выговаривать."

"— Тебе напомнить, что ты служишь на благо родины? Обязан защищать интересы простых граждан? — отец несколько лет пытался меня приструнить, хотел посадить в кресло гендиректора одной крупной компании, которая принадлежала ему, а я не желал от него зависеть. Мне претили его взгляды, его отношение к людям. Я не хотел быть похожим на него. — Твоя задача делать их жизнь лучше. Но о чем это я?.. Ты только перед камерой бросаешься красивыми речами! — насмешливо выплевывал слова ему в лицо. Дверь кабинета захлопнулась. Значит, наш разговор слышал и следователь, и Милена с матерью.

Понял это и отец. Но его это нисколько не огорчило. До мнения простых смертных ему просто не было дела.