Ролана была прекрасна! Каждый ее шаг наполнен грацией, а взгляд – равнодушной холодностью. Вот только все изменилось, стоило ей увидеть меня…

– Ох, сколько искр, – поспешила прокомментировать бабушка. – Двухнедельная разлука определенно пошла вам на пользу.

Только я хотел сорваться с места, чтобы направиться к девушке, проникнувшей в мое сердце, как чопорный распорядитель бала появился совершенно не вовремя, объявляя:

– Поприветствуем короля! Его величество Арнор Тэй Мирен!..

47. Не окажите ли вы мне честь потанцевать со мной?

Ролана"

"– Почему они все так смотрят? – спросила я под учащенный грохот своего сердца, на трясущихся ногах неспешно поднимаясь по мраморной лестнице.

Мне и без того было нелегко, когда спустилась с подножки экипажа, попадая под прицелы многочисленных глаз знатных дам и господ. Едва справлялась с тем, чтобы идти дальше, а не позорно развернуться и рвануть к душной кабинке, прося кучера увезти меня обратно.

– Спокойно, – тихо прошелестела Инесса, шагая чуть позади, ведь слуги не имели права идти наравне со своими хозяевами, – просто они очарованы твоей красотой.

Из моей груди вырвался истеричный смешок, но это была лишь временная слабость, которую я тут же задушила, беря себя в руки и принимая невозмутимое выражение лица.

«Я с достоинством переживу этот бал и вынесу все, что для меня подготовили боги!»

Самовнушение помогло, но лишь самую малость.

Мое напускное спокойствие стоило почти всех сил. С каждой секундой становилось все хуже, потому что стоило пройти мимо очередной леди или лорда, как за спиной тут же слышались обсуждаемые шепотки, которые я с самого детства не выносила.

«Терпи! Ты справишься!» – повторяла себе, словно мантру.

Широкое крыльцо осталось за спиной, демонстрируя холл замка с двумя витыми лестницами, украшенными цветами. Я, немного приподняв юбку, неспешно начала подниматься по ступеням с ковровой дорожкой, все отчетливее слыша льющуюся с верхнего этажа музыку.

– Вы все помните, госпожа? – спросила Инесса, немного приблизившись ко мне.

– Вроде да, – ответила ей тихо, – но от страха могла что-то и позабыть.

Шаг… второй… за ним еще один…

Волнение накатывало волнами, и я уже начала проклинать этот чертов бал, как и всех тех, что так бессовестно глазели на меня, разглядывая с ног до головы. Знали бы они, какого я была о них мнения. Жалко только, что высказать его им не могла. Поэтому оставалось смиренно терпеть и делать вид, что их присутствие мне абсолютно безразлично, хотя это было далеко не так. Они жутко злили меня, действовали на нервы и истощали мое терпение, которого и без того осталось сущие крохи.