Я чувствовала, что должна извиниться лично, но, честно говоря, настолько устала перед всеми оправдываться, что предпочла прибегнуть к тактике страуса.

— Значит, тебе там нравится? — допытывается Николай Иванович.

— Да, — кивает дочь, потянувшись за салфеткой. — Лев говорит, что я уже лучше многих играю.

— Шахматы — это полезнее, чем планшет. Мне кажется, ты слишком много времени проводишь за ним. Знаешь, что зрение от этого портится?

Амелия пожимает плечами.

— У меня всё нормально.

— Пока да. Но если слишком долго смотреть в экран, зрение может не просто испортиться, а так ухудшиться, что ты будешь видеть всё размыто, как будто смотришь через грязное стекло.

А потом, чтобы прочитать буквы в книжке или разглядеть, кто на улице идёт, тебе придётся надевать очки. Знаешь, какие? Большие и толстенные, как дно у бутылки.

— Хватит, — негромко, но настойчиво прошу, хлопнув ладонями по деревянной столешнице.

Телефон на диване начинает вибрировать, и я отвлекаюсь, чувствуя, как Влад сжимает мою руку в знак поддержки. Свёкра не нужно просить дважды, поэтому вскоре я чувствую вину за свою нервозность и несдержанность.

С ним даже Лиза почти не спорит. А я-то куда лезу?

Взглянув на экран и убедившись, что это Аслан, я сразу снимаю трубку и прижимаю телефон к уху. Из-за гула и музыки в зале мне сложно расслышать, что он говорит, поэтому я тороплю Ами, прошу прощения у остальных и встаю с места.

Звонкий цокот каблуков тонет во взрыве смеха за соседним столом.

Забрав из гардеробной пальто, я набрасываю его на плечи и толкаю тяжелую дверь, ведущую на улицу.

Как и говорила дочь — ветра нет. Ни сильного, ни слабого. Погода на удивление гладкая, тихая и умиротворяющая.

Удивительно, как взрослые в суете дней не замечают таких мелочей, которые сразу подмечают дети.

Я повторно набираю номер, глядя на освещенную улицу вдоль набережной, где, несмотря на осеннюю прохладу, гуляет много людей. Мой взгляд замирает, когда среди многих я выделяю того, кому пытаюсь дозвониться.

Аслан сворачивает с каштановой аллеи, похлопывая себя ладонями по карманам куртки. Решительная походка, быстрый темп. Я сбрасываю вызов, позволяя себе спрятаться под навесом и открыто на него смотреть. На фигуру, движения. На напряжённые, слегка сгорбленные плечи.

На выражение лица с тенью задумчивости.

До того, как наши глаза встречаются, я успеваю заметить, что густые волнистые волосы стали коротко острижены. Но эта стрижка Аслану тоже идёт, особенно на фоне небрежной щетины, подчёркивающей резкие линии его скул.

— Привет, — говорю, делая несколько шагов навстречу. — Извини, я не поняла, что ты говорил.

— Связь плохая — я тоже тебя не слышал, — разводит руками Аслан. — Привет.

— Ами пока занята ужином — нужно немного подождать.

— Не вопрос.