Стоит мне потянуться через него, чтобы достать телефон с тумбы, как Аслан тут же хватает меня за бёдра, вынуждая сесть сверху. Я ощущаю под собой внушительный бугор — за эти сутки, что мы находимся вдвоём, я редко видела его в спокойном состоянии.

— Тихо, умоляю, — прикладываю палец к губам. — Мне звонит Лера.

Снимая трубку, я максимально вдавливаю телефон в ухо, потому что, несмотря на кивок, с меня соскальзывает полотенце.

В карих глазах нет чёткого понимания. Они темнеют, наливаются блеском. Взгляд становится притягательно рассеянным.

Свет, льющийся из окна, обнажает каждый сантиметр моего тела, а воздух в комнате буквально наэлектризовывается за считанные секунды.

— Ты как? Готова? Буду у тебя через десять минут, — предупреждает Лера. — Я могу расчитывать, что ты не опоздаешь?

У меня ещё влажные волосы, а на лице ни грамма косметики. И тот факт, что Аслан убирает с себя одеяло, соприкасаясь членом с моей промежностью, буквально вопит о том, что я ни черта не успею. Но вслух я говорю совсем другое:

— Да-да, постараюсь.

Подруга отпросилась с работы, чтобы помочь мне собрать вещи, и я ей за это чрезмерно благодарна. Но стоит упрямым губам прижаться к моей коже, оставляя щекочущую дорожку от шеи к груди, как думать о чём-то серьёзном становится невозможно. Ни о своих обещаниях, ни о планах — только о том, чтобы Аслан продолжал. Продолжал целовать и одновременно вести рукой по каменному члену с нужной интенсивностью.

— Лера уже подъезжает.

— Я слышал. Десяти минут мне с головой.

— Я только что смыла с себя твой запах и твои следы, Аслан Каримович… — слабо возмущаюсь, опуская ладони на его крепкие плечи. — Во мне слишком много тебя. До краёв. Если ты решил, как и в прошлый раз, зачать мне ребёнка перед вылетом, то в этот раз трюк не пройдёт. Ты же в курсе?

— Да, я в курсе.

Не давая мне опомниться, он легко переворачивает меня на спину. Тёплое дыхание обжигает кожу, а жадные губы оставляют быстрые, пылкие поцелуи вдоль бедра. Прелюдия — это лишнее, но разве можно отказаться от вида мужской головы между моих ног?

Я роняю руки на кровать, сдаваясь.

Я буду скучать по таким утрам и ночам. Я уже скучаю. Мне его мало. Сейчас и завтра.

Я не знаю, сколько времени займёт пребывание Аслана на другом континенте, но уже чувствую пустоту, которая останется, когда он улетит. Каждое утро без его взгляда, каждая ночь без его дыхания рядом. Без этих страстных моментов, когда весь мир сужается до стонов и полушёпотов.

Но знаю точно — когда он за нами вернётся, я захочу прожить заново каждый миг, который мы потеряли.