С плотной, натянутой головкой, которой Аслан проводит по моим губам.

Он направлен прямо на меня и дрожит от каждого толчка крови. От моего взгляда и от близости дыхания.

Мои пальцы ложатся поверх руки Аслана, скользят вдоль длины, вспоминая каждую венку, и каждую знакомую неровность. Как и вкус — мягкий, солоноватый, сводящий с ума.

Я провожу языком по кругу, медленно смакуя, прежде чем взять глубже. Времени в обрез, но мне хочется ощутить даже малейший отклик. Как можно ярче.

Аслан едва заметно вздрагивает, его живот напрягается под моими губами, а дыхание сбивается.

Терпение — это не про него. Вообще не про него, чёрт возьми.

Его бёдра двигаются вперёд — уверенно и требовательно, заставляя меня подстроиться под нужный ритм.

Я чувствую, как пальцы сильнее сжимаются в моих волосах, направляя и контролируя, не давая ни на секунду отступить.

Доминирование. Вот что пронизывает насквозь. До каждой клетки. До полной податливости тела, превращая меня в воск. Послушный, текучий воск.

Пока я, шумно дыша, выпускаю член изо рта, чтобы перевести дух, Аслан машинально подхватывает меня под локоть, разворачивает и прижимает к запотевшей плитке. Мой позвоночник выгибается от резкого перепада температур, но жар крепкого тела позади тут же перекрывает этот контраст.

— Упрись.

Дыхание обжигает мне шею, а пальцы жёстко сжимаются на бёдрах, разводя их шире."

"Это грубо и захватывающе — такой вот секс. Ни с чем несравнимый. Местами первобытный, местами тесный, но абсолютно точно — чувственный.

Я послушно встаю на носочки, вытянув руки в поисках опоры. Аслан не ждёт. Его член ударяет по моим ягодицам, прежде чем он входит, заставляя меня уткнуться щекой в стену, кусая губу и издавая сдавленный стон.

Пульс взлетает.

Я слежу за ладонью, которую Аслан впечатывает слева от моей головы. Слежу за тем, как его пальцы впиваются в поверхность, а кожа на костяшках белеет от яростного давления.

Аслан делает заторможенное, размашистое движение, а затем резко ускоряет темп. Без подготовки, предупреждения или прелюдий. Он делает это, потому что знает, что именно мне нужно.

Толчки становятся частыми и безжалостными, руша границы между болью и восторгом. Идеальное утро, идеальное скольжение.

В этом мужчине идеально всё… В том, как он трахает — тем более.

Вода льётся сверху, стекая по нашим телам и приглушая стоны, которые уже не всегда получается удерживать.

Я запрокидываю руку за крепкую шею.

Ищу подбородок, ищу губы.

Аслан перехватывает мой поцелуй с тем самым непреклонным напором, который рождает внутри лихорадочную пульсацию. Его губы тёплые и влажные. Двигаются так, будто он не просто ласкает, а подчиняет и властвует.