Продолжай в том же духе и твоя жизнь останется такой же, какой была до нашей встречи. А если попробуешь ударить меня в спину или тогда, когда я покину твою усадьбу, то имей в виду: я могу добраться куда угодно. Даже в самое защищённое место в Империи.

— Проблем не будет, — он медленно покачал головой. — Слово даю.

Слово шута… дурака… актёра — оно не стоило ничего.

И тут дверь с грохотом вылетела.

Внутрь ворвалось полтора десятка гвардейцев. С обнажёнными короткими клинками, светящимися бледным светом и нацеленными на меня автоматами.

Медленно…"

"Они двигались, как ленивые овцы…

Каждую из которых можно прирезать прямо сейчас…

Я бросил на Дубровского всего один короткий взгляд.

Но он, охваченный ужасом, ретиво замотал головой, словно говорил: «я их не вызывал!»

Может, система оповещения сработала?

Я обвёл каждого из ввалившихся внутрь гвардейцев взглядом.

— Ваше Сиятельство! — шагнул вперёд крепкий мужчина, с короткой, уже начавшей седеть, бородой. — Мы засекли Жажду Крови из Вашего кабинета! — он напряжённо смотрел то на Дубровского, то на меня.

На его груди красовался герб — дуб, с двумя желудями на зелёном фоне.

Герб Дубровских. А рядом латинская цифра «V» — ранг Витязь.

И тут Дубровский рассмеялся, с истеричными нотками. Он сказал:

— Как же я мог забыть, — но он почти сразу натянул маску непосредственности. — Прости, Руслан! — он встал из-за стола и подошёл ко мне. Он «по-дружески», но очень аккуратно хлопнул меня по плечу рукой. — У нас же стоит система магического оповещения. Я и забыл тебе рассказать, когда просил показать свою силу. У тебя же аномалия так работает, да?

Он закивал, словно сам себе.

А гвардеец Витязь нахмурился и спросил:

— Ложная тревога, Ваше Сиятельство?

— Ну конечно ложная! — с наигранным возмущением сказал Дубровский.

— Не видите? Мы тут мирно беседуем! — нервный смешок.

Гвардейцы нахмурились.

Если они и верили своему графу, то явно не до конца.

Тем не менее, они поклонились, принесли мне извинения и удалились по одному. Хоть гвардеец Витязь, по всей видимости, их капитан, бросил на меня очень подозрительный взгляд.

Дверь закрылась. А её выбитые замки зарастали деревом прямо на глазах.

Послышался шумный выдох.

— Нагнал ты жути, — тихо произнёс Дубровский.

— Я и вправду поверил, что ты сейчас… меня убьёшь, — его колено чуть подрагивало.

Я ничего не сказал. Только красноречиво посмотрел ему в глаза и просто пошёл на выход.

А вслед мне, Дубровский сказал:

— Но моё предложение в силе! — пусть голос его дрожал. — Помоги мне с Яровой и я вложусь в твой проект!

Но я его уже не слушал.

Мои люди спокойно сидели в гостиной, обхваживаемые миловидными служанками, которые подносили им душистый чай. С улыбками, лёгким флиртом и довольными улыбками Волхвов и Степана.