Потому что если я запятнаяю себя кровью невинного, то это станет пожизненным клеймом. С помощью которого меня будут каждый раз подзывать на службу, как собаку.

И не важно, захочу я того или нет.

Выбора мне не предоставят.

Поэтому я лучше умру в бою с экзорцистами, чем соглашусь на сделку с дьяволом… дьяволом, который воюет с другими дьяволами…

— Отказываюсь, — непреклонно ответил я, не мигая смотря в глаза Болтуну.

Он тяжело вздохнул.

— И почему? Ты что, считаешь что я блефую? Что экзорцисты до тебя не доберутся?

— Дело не в них. А в том, что я не буду играть в твои игры. Особенно, когда на кону стоят жизни людей, которые мне, по твоим правилам, возможно придётся забирать.

Болтун прищурился.

— За террор у «Тихого Дома» отвечают отдельные специалисты. Я же сказал. Знатных людей Сибири они используют только…

— Нет, — отрезал я. — Мне всё известно. В том числе методы, с помощью которых боевики и им подобные привязывают к себе людей. Поэтому оставь свои манипуляции. На этом наш разговор закончен, — сказал я и развернулся к двери.

— Стой, — моего разума коснулись ментальные щупальца. Скорее непроизвольно, чем осмысленно. Но тут же отпрянули. — Не руби с плеча. Если ты не хочешь действовать наверняка и уничтожить «Тихий Дом» одним ударом, то хотя бы помоги мне выйти на их вербовщиков.

Я уже сжал ручку двери. Повернув голову, я задал ему вопрос:

— Ты знаешь о «Тихом Доме» достаточно, чтобы я понял — у тебя среди них есть свои агенты. Уж вербовщиков-то ты найти в состоянии.

— Рядовых — без проблем, — не мигая, отвечал Болтун. — Но мне нужны те, кто выходит на связь с аристократией. А это, как сам понимаешь, могут быть только точно такие же аристократы. В среде «Тихого Дома» их хорошо шифруют. Берегут, в отличие от обычных вербовщиков. Поможешь хотя бы с этим — прикрою от экзорцистов.

С наскока не получилось…

Теперь он будет затаскивать меня в работу на себя потихоньку. Сначала одну задачку выдаст: я сделаю и получу поощрение. Затем вторую. Третью.

Так он будет размывать моё недоверие. А заодно даст почувствовать выгоду.

Ха! Болтун и сам оказался неплохим вербовщиком.

Вот только все эти трюки я прекрасно знал. А потому — видел их в каждом его слове.

Но в этой «версии» сотрудничества у меня были преимущества. Потому что я всегда мог остановиться. И никакого компромата у Болтуна на меня не будет.

Если, конечно, я не совершу ошибку и не зайду слишком далеко в определённый момент. В погоне за результатом, например.

Кому как не мне знать, что способно сделать с человеком стремление к цели? Тем более, если сам человек считает эту цель праведной и несущей благо всему миру.

Я неоднократно видел, как благороднейшие из людей шли на ужасные преступления во имя таких целей.