И конкурентов, и неугодных «своих». Это он обо мне до этого дня навряд ли слышал. Пока ему что-то от меня не понадобилось. Но спрашивать ничего я больше не решилась.

— Теперь о теме разговора. Хотя ты сегодня уже беседовала об этом с доктором Давыдовым.

Вскинула резко голову. Вот, значит, зачем он меня позвал. Страх перед этим мужчиной никуда не делся, я всё ещё прекрасно помнила, кто передо мной. Но сейчас меня стала захватывать злоба и ненависть. Пусть он хоть Папа Римский, но если Тихомиров хочет отнять у меня ребёнка — я буду сражаться с ним пока дышу.

Уставилась на него теперь сама, не мигая:

— Ясно. Вы — донор Богдана.

Глава 6

Игорь.

Даже немного удивился, как резко изменилось её поведение, и атмосфера в комнате тоже будто заколыхалась вокруг нас. Тонкая, невысокая — и вдруг такая энергетика в ней. Сейчас снесёт меня своим внутренним цунами. Не часто встречал столь ощутимую бурю в женщине.

Она кажется куда интереснее вблизи, чем на фото. Там она тоже весьма мила, даже жаль, что обстоятельства знакомства у нас не очень приятные. В жизни ещё более красивая, ловлю себя на мысли, что разглядываю её. Глазу даже придраться не к чему. Хорошенькая девочка. Но придётся мне её чуть-чуть обидеть. Я не мразь, и с женщинами никогда не воевал, но здесь слишком серьёзный вопрос. Извини, малыш, но каждый сам за себя. Я тоже люблю своего сына. Он тебе достался не по праву.

До этой минуты мне было комфортно. Я находился на своей территории в привычных условиях — девушка дрожала и боялась того, что я ей скажу. Но как только речь зашла о мальчике, она будто спичка вспыхнула. Вера злилась, я чувствую её эмоции, будто она открытая книга сейчас.

Взгляд какой дерзкий стал. Неужели вдруг перестала бояться? Зря.

Поменял позу, положив нога на ногу, и снова заговорил:

— Да. Только не донор, а отец. Соображаешь, умница.

— Тут не нужно много мозгов, чтобы понять. Вы не могли знать, что ко мне приезжал Андрей Евгеньевич. Если только…не послали его сами.

Ну хоть логические цепочки строить умеет, уже неплохо. Ненавижу общаться с тугодумами.

Вера сложила руки на груди, закрываясь или будто защищаясь от меня этой позой, и спросила:

— И что? Вы считаете, что у вас выйдет лучше уговорить отдать моего сына?

Она нервничала, я же был спокоен. Я уверен в исходе этого дела.

— Полагаю, что да.

От моей наглости она на время растерялась.

— Прочти, — опустил возле неё папку с документами, которая до этого лежала на краю стола."

"Она с секунду смотрела враждебно, потом взяла папку в руки и развернула. Какое-то время вчитывалась, хмурилась, мило кусала губы, задумавшись. Плохая привычка, особенно для делового разговора.

— И? — сказала она, когда отложила в сторону бумаги и снова встретилась с моими глазами своими голубыми.