И изображали образец петровского солдата. То есть имели молодцеватый и глуповатый вид.

– И это те, кто учит детей, – вещала Велакрус. – А на поверку, две молодые идиотки, которые кинулись сразу же играться! А если бы расчеты ваши увидел не Конте? А, например, кто-то типа Вириуса?

(барон Сантиус Катье Вириус, адепт воды, маг-бестиатор. Бывший преподаватель кафедры Бестиатор, ученик магистра Сибиуса. Погиб при попытке уничтожить Атэёль).

Феара Коффус и Кариэн Вераннар молчали, внимая мудрости руководства.

– Это, вашу мать, счастье, что Конте пришел сразу ко мне! – продолжала пропесочивать Велакрус. – Вы вообще, о чем думали, а?! Что, расслабились?! Со Стены слезли, значит можно делать, все, что в голову въеб… въехало?!

Глава выдохнула. Погладила ладонью по столу, успокаиваясь.

– Значит так, девчонки, – с угрозой произнесла Велакрус. – Раз вы такие активные, то я направлю вашу энергию в нужное русло. Впереди две десятины выходных у учеников. И вы их проведете за перерасчетом стандартных формул. Для этого вам будут приданы те, кто помогал с формулой Тайфола. И никого больше, ясно?!

– Точно так, командир! – слаженно рявкнули женщины.

– Надеюсь, мне не нужно проводить лекцию по секретности? – сощурилась Велакрус.

– Никак нет, командир! – снова крикнули Коффус и Вераннар.

– И начнете с формулы щита, – уже более-менее спокойно добавила глава. – После того, как доделаете формулу Тайфола. Ну а сейчас…

Глава поднялась."

"– Как там? Любая инициатива имеет своего инициатора? – ухмыльнулась Велакрус. – Насколько я поняла, вариант формулы Тайфола на короткую дистанцию уже готов? Вот и покажете мне. Вперед, торопыги!

* * *

Артезиус. Здание городской администрации.Аринэль еще раз убедился. Их семья построена в первую очередь на взаимных чувствах. Когда мамы увидели отца, они не сговариваясь поднялись. А потом стиснули сурового воина так, что Аринэль заопасался за ребра бати. Следом в грудь Брана Тайфола натурально вбилась Саманта. От выражения на ее лице, Ари даже испытал легкую ревность.

– Отец, – Ари, подойдя, уважительно поклонился.

А следом облапили уже его. Вот Бран отстранился, посмотрел на сына. На его лице была написана гордость. И знаете, Ари тоже ощутил чувство, когда прям впитываешь крутизну стоящего перед тобой человека и такая гордость берет, за него, за себя, что ты его сын, что вздохни и взлетишь!

– Хорош! – ухмыльнулся Бран. – Герой!

– Ну, вы, дорогой отец, тоже не орис пили, – заметил Аринэль.

Бран рассмеялся и хлопнул сына по плечу. А за его спиной подозрительно блестели глазами мамы. А еще Ари уловил, что сегодня папа и мамы вечерком будут очень сильно заняты. Прям даже как-то неловко сделалось. Флер немерянной крутости стоящего перед ним мужчины и просто давящей ауры героизма, даже Аринэля пробирал.