– Нравится? – спрашивает Марат, но по его лицу невозможно ничего прочитать. Чувствует он что-то к Дашеньке, которая, по его словам, может быть его дочерью, или нет?

Девочка отворачивается от него, прижимается ко мне. Стесняется. Мы с Маратом встречаемся взглядами, он кажется разочарованным, я же пожимаю плечами.

– Не думал же ты, что после твоей выходки она с радостными воплями бросится тебе на шею? Ты для нее чужой человек, смирись с этим.

Мужчина не отвечает мне. Оставляет на кровати подарок, а потом опускается передо мной на колени и прикасается к моей лодыжке. Его руки прохладные после улицы, пальцы мягко проходятся по коже, я зачарованно смотрю на то, как легкими движениями он втирает мазь, чувствую, как сердце бьется громко-громко, а в горле застревает ком. Мне хочется оттолкнуть его – наверное, это даже правильно, он ведь негативный персонаж истории моей жизни, но вместо этого я чувствую, как мазь приятно холодит ногу, унося ноющую боль.

– Ты ведь понимаешь, что тебе все это не сойдет с рук просто так? — мой голос звучит хрипло и тихо.

– Что именно? То, что ты сбежала от своего мужа, потому что встретила мужчину своей мечты и у вас что-то вроде медового месяца? — с издевкой спрашивает он и подмигивает.

– Что? – теряю дар речи от такой заявки. – Ты ведь не это написал моему отцу? Скажи, что нет, прошу.

– Немного не так, но от этого смысл не меняется. Готово. – Он отпускает мою ногу, отставляет в сторону мазь и поднимается с пола. – Если надо, могу помочь тебе добраться до ванной комнаты, – смотрит на меня с насмешкой, пряча руки в карманах брюк.

Несколько мгновений я теряюсь, задыхаюсь от его наглости, представляю, в каком свете он выставил меня перед родителями. Они наверняка позвонят Андрею, а тот... подыграет? Он же заодно с Маратом.

– Куда мы направляемся? Что будет дальше? Ты ведь… ты ведь не причинишь Даше вред? – игнорируя его шуточки, спрашиваю я, потому что больше всего на свете меня интересует именно судьба дочери.

– Завтра все узнаешь. Могу лишь сказать, что ты в мои планы точно не входила, придётся сделать небольшую корректировку. Отдыхайте, через два часа принесут ужин, сегодня мы проехали лишь малую часть пути, завтра просыпаемся рано и в дорогу.

Я решаю, что Марат вновь уйдёт, но нет, он закрывается в ванной комнате. Сначала я слышу лишь тишину, а потом как льётся в душе вода. Пока мужчины нет, я пытаюсь встать на больную ногу и попробовать пройтись по номеру. Стоит мне только перенести на неё вес, как жгучая боль даёт о себе знать. Так я точно далеко не убегу, ещё и с ребёнком. Разве что угоню автомобиль.

Марат выходит из ванной комнаты в белом махровом халате, ничуть не смущаясь моего присутствия. Я отвожу взгляд от его мокрых волос, намеренно игнорируя мужчину.