Мелькнула мысль распустить свои, но я ее придержал. Время потехи прошло, надо было двигаться дальше. Хотя, конечно же, я не удержался и пожамкал ее за мягкие части, доставив и ей, и себе удовольствие.

Наконец мы были собраны, умыты, расчесаны. Одевшись в парадно-выходную одежду, мы пошли смотреть на местный общепит.

Я вновь превратился в принца империи, а Янь в мою служанку-телохранителя. Где-то на полпути мы встретили девчонок и дальше уже пошли всей толпой.

Их фрейлины, чьи имена я даже не пытался запомнить, чинно шли за нами и косились на Один семь, вообще не понимая, кто она такая и почему именно она получила доступ к телу Моего Высочества.

Высокородные дурочки летели всю дорогу на другом дирижабле, поэтому я их не видел, а сейчас даже не смотрел. Мои все равно лучше и интересней.

Завтракать с императорской семьей хань было честью, которой удостаивались только высшие чины и высокородные гости дворца, поэтому наша свита была отправлена дальше, к менее знатным, но тоже благородным гостям, а нас провели в небольшое помещение, уже привычно украшенное золотом и нефритом.

За широким и длинным столом уже сидела куча народа, среди которых я увидел Лю и Линь.

Очередное приветствие, знакомство, взаимные поклоны и расшаркивания — и вот мы, наконец, чинно восседаем в ожидании еды, которую принесут сразу, как появится император. Но ему, видимо, с утра есть не сильно хотелось, в отличии от нас, поэтому он изволил задерживаться.

Так что мы пока вели тихие разговоры, предаваясь воспоминаниям. Лю сидел со страдальческой миной на все лицо и маялся головными болями.

Как мне шепотом пояснила Ольга, бывшая в курсе ситуации, местным одаренным было категорически запрещено его лечить магией, чтобы он страдал и помнил. Ну да, боль — лучший учитель. Хотя, в отношении его это утверждение сомнительно, потому как бухать он не переставал."

"Сама же Линь кидала на меня многозначительные взгляды, иногда призывно улыбаясь. Судя по всему, наш секретный разговор с императором для нее секретом не являлся, и ханька уже строила в голове планы на долго и счастливо вместе со мной. Ну-ну, блажен, кто верует, легко ему на свете.

Наконец император соизволил притащить свой царственный зад, и мы приступили к еде. Мои девчонки еле управлялись палочками, а вот я ел абсолютно спокойно. Во-первых, меня этому научили, а во-вторых, с моей ловкостью — это вообще не проблема. За моими действиями окружающие следили очень благосклонно, а уж когда я начал общаться на чистом ханьском, так вообще растаяли. Сам же император был доволен как слон и то и дело хитро щурился, оглядывая стол.