Просто выстоял, отбросил, как ненужные, эти жуткие воспоминания и продолжил жить дальше. А еще у тебя доброе сердце. Наверное, за это и люблю.

— А я-то думал, что у меня вид брутальный и лицо красивое. А оказывается, все дело в сердце.

— Всегда все дело в нем. Оно подскажет, как правильно.

— Но оно может и ошибаться…

— Не в твоем случае, — ее губы накрыли мои. — Я никогда от тебя не уйду, если сам не прогонишь.

— Не прогоню. Ты моя.

— Ты мой.

А дальше слова были не нужны, потому что говорили тела, что сплелись в танце любви и страсти, которому уже много тысяч лет.

Солнечный луч скользнул из-за занавески, заставив меня чуть поморщиться и чихнуть.

А нет, это не он виноват, а волосы Янь, что лезли мне в нос. Она спала практически на мне, смешно чмокая губами во сне. Нежно поцеловав ее в лоб, я выскользнул из постели и потянулся как сытый кот.

— Уже проснулся? — пришло сообщение на браслет. — Тогда мы идем к тебе.

Не успел я подумать, как на девушку в моей постели отреагируют невесты, как они гурьбой ворвались ко мне.

— С кем блудил? — тут же влезла Люба. — А, это Янь. Нормально, — успокоившись, кивнула она.

— Типа, с ней можно, да? — озадаченно почесал я голову.

— Ну так она ж твоя наложница. Ну, почти. А значит, практически член семьи. Глупо к ней ревновать. Да и к тому же тебе все равно нужна охрана, хоть ты и прямо весь такой из себя сильный. А она — не худший вариант. А из присутствующих, так вообще лучший.

— Рада столь высокой оценке моих способностей, Ваше Высочество.

— Оставь. Мы не на приеме, так что наедине можешь называть нас по именам, — поморщилась она. — Ну что, готов?

— Всегда готов. А к чему?

— Так прием же скоро. Не знаю, почему, но император решил ограничиться малым выходом, что нам очень на руку.

Быстро закончим и поедем.

— Дядюшка Гао в своем репертуаре, -усмехнулся я.

— Это он сам так сказал тебе себя называть? — опять высунула нос из-под одеяла Янь.

— Ага. Мы вчера с ним очень мило побеседовали.

— Это большая честь. Этим он показал тебе, Первый, свое большое доверие и практически принял в семью.

— У меня и своя есть не хуже, -отмахнулся я. — И вообще, тут гостей принято кормить или они практикуют ни фига не целебную голодовку?

— Скоро нас пригласят. А теперь давай, переодевайся в парадное, потому как мы сначала поедим, а потом начнется церемония.

Мы тоже пошли. Не задерживайся.

— Агась, — кивнул я им. — Кстати, Янь, как все вчера прошло? Ну, с этим хмырем? А то как-то неудобно было спрашивать, а потом не до этого было.

— Все отлично, — улыбнулась она так, что я вздрогнул.

— Ну и ладно, — мое любопытство, сразу испугавшись за свою жизнь, испарилось, и я пошлепал в душ.

Струи воды ударили по телу — и тут же я почувствовал на нем шаловливые ручки, которым я с удовольствием отдался.