Чуть позже Максим уходит на работу, но перед этим выкладывает на тумбочку ключи, словно дает мне выбор – дождаться и сбежать, воспользовавшись его отсутствием.

Я не собираюсь никуда сбегать. Меня трясет от того, что я здесь, в этом доме. Прохожусь по комнатам, заглядываю в полупустые шкафы, нахожу на верхней полке наши фотографии. Не выкинул… От этого щемит в груди и на глаза снова наворачиваются слезы, только в этот раз на губах улыбка. Я начинаю верить, что все это не сон.

Чтобы как-то скоротать время до возвращения Кирсанова, я принимаюсь за уборку. Оказывается, это дикий кайф, когда можешь навести порядок в том месте, где твое сердце ликует и чувствует себя дома.

Потом я готовлю ужин из того, что нахожу в холодильнике. Там негусто – только то, что Кирсанов заказал в последнюю доставку, но этого хватает и на жаркое, и даже на румяный пирог.

Когда Максим возвращается домой, у меня накрыт стол. Пусть скромно, но с любовью.

— Как в старые добрые времена, — улыбается он, протягивая мне огромный букет, – только не реви!

— Не буду.

— А я говорю, не реви.

— Не буду-у-у-у…

— Тася!

В общем, гормоны штука веселая. Я еще дважды за вечер срываюсь на слезы. Один раз, когда мы перебираемся к телевизору и попадаем на финальные кадры какой-то романтической мелодрамы, а второй, когда Максим спрашивает, в какой комнате будем делать детскую.

Зато вечером, когда наступает время сна, а Кирсанов не уходит и вместо этого ложится рядом, притянув к себе под бок, я расплываюсь в счастливой улыбке и обнимаю его крепко-крепко.

— Задушишь, — смеется он.

— Я просто боюсь, что это сон, что ты исчезнешь.

— Никогда, — с этими словами накрывает мои губы своими, и все тревоги отступают.

Его поцелуй долгий и нежный, прикосновения полны страсти, и в тоже время бережные и аккуратные, словно я хрустальная статуэтка, которая может разбиться от неосторожного движения.

Я задыхаюсь от любви, от ощущений, что лавиной накрыли с головой, и от осознания того, что мне чертовски повезло с мужчиной. Он самый лучший, и я приложу все силы, чтобы сделать его счастливым и искупить все то, что натворила.

Глава 16

Дальше нас ждал очень непростой период, когда пришлось заново выстраивать отношения. Вроде те же два человека, а все по-другому. Больше не было места для шелухи, беспочвенных обид, ревности и прочего мусора. Остались только мы вдвоем, немного офигевшие от всех этих каруселей, но уверенные, что хотим быть вместе.

Кирсанов просто сказал: моя, не отпущу.

А я ответила: твоя, не отпускай.

Вцепились друг в друга, как две пиявки, и не разодрать, не растянуть в стороны.

Свое обещание он сдержал и отправил Сашку далеко-далеко. Она не сопротивлялась, позвонила мне только один раз, уже когда приехала на место, и спросила:

— Ты счастлива?

— Да.