Лицо, несмотря на обильный макияж, было бледным от страха, завитые волосы торчали, как на огородном пугале. Затравленно оглядевшись по сторонам, женщина бросилась бежать через пустырь к улице Кустодиева. Павел Петрович повернул ключ в зажигании, выжал сцепление и медленно поехал следом.

Добежав до улицы, Раиса заметалась по тротуару, пытаясь остановить машину. И хотя времени было восьмой час вечера, и на пустынной днем улице появлялись кое-какие машины, все водители ехали домой с работы, и никто не хотел подвозить Раису. Тогда она, спотыкаясь на высоких каблуках, рванула к Сиреневому бульвару.

Там движение было оживленнее, но, должно быть, ее испуганный вид не внушал водителям доверия, и только четвертый или пятый из них остановился. Женщина вскочила в салон, и машина поехала в направлении железнодорожного переезда. Павел Петрович держался на значительном расстоянии, чтобы не попасться Раисе на глаза, хотя, судя по ее виду, она была до того напугана, что совершенно ничего не замечала вокруг себя.

Машина Раисы выехала на Выборгское шоссе, проехала под железнодорожным мостом и свернула направо, вдоль границы Шуваловского парка.

Павлу пришлось снова увеличить дистанцию, потому что на пустынной дороге он стал еще более заметным. К счастью, дорога не имела разветвлений, и можно было ехать вперед, не задумываясь. Был светлый вечер, из парка тянуло прохладой.

Миновав парк, проехав заросшее камышами болотце и осиновую рощу, Павел Петрович оказался в маленькой деревушке. Казалось странным, что совсем рядом с огромным городом может быть такая крошечная и неказистая деревня – несколько покосившихся изб с заколоченными окнами явно дожидались сноса.

Видимо, судьба этой деревни давно уже была решена, и только несколько недель отделяли ее от окончательного уничтожения.

Около одного из этих домиков, чуть более привлекательного, чем остальные, стояла машина. Павел торопливо свернул за полуразвалившийся сарай, пока его не заметили. Надежда выскочила из его машины, велев Павлу сидеть тихо и явиться ей на помощь только в самом крайнем случае, и, пригнувшись, как индейский следопыт, двинулась вперед. Высокий бурьян и пышно разросшиеся лопухи скрывали ее. Выглянув из-за забора, она увидела, как доставившая Раису машина развернулась и уехала обратно в город, а Раиса, спотыкаясь на своих огромных каблуках, направилась к избушке.

Надежда снова нырнула в бурьян и, низко пригибаясь, бросилась в том же направлении. Поясницу немедленно заломило, но сейчас было не до нее. Надежда пересекла заросший сорняками огород, едва не наступила на большую серую жабу и наконец подобралась к маленькому окошку. Ноги немилосердно жгло крапивой, кофточку облепили прошлогодние репейники.