– Он подтвердит, что сам впустил меня! Подтвердит, что попросил прибраться в его квартире!

Она уже забыла, что уборка чужой квартиры была ее собственной инициативой, и искренне поверила, что занялась этим трудным и неблагодарным делом по просьбе симпатичного мужчины с седыми висками.

Дверь открылась, и на пороге появился мужчина.

Но это был вовсе не тот элегантный красавец, которого Липа совсем недавно пыталась покорить своим женским обаянием, неуемным темпераментом и хозяйственной хваткой. Этот был староват, голову его украшала обширная лысина, окруженная скудным газончиком реденьких пегих волос.

Его не слишком спортивная фигура носила отчетливый отпечаток сидячего образа жизни. В общем, это был не тот мужчина, которого пылкая Липа видела в своих мечтах. Хотя, конечно, при отсутствии выбора и он мог на что-то сгодиться.

– Ох ты, – удивленно проговорил незнакомец, – это что же такое здесь происходит? У нас никак гости?

– Ой, – негромко сказала Липа, – это не тот.

– Как раз это – тот! – сурово возразил ей старший полицейский. – Сейчас мы во всем разберемся!

– Кажется, мы уже встречались? – вошедший мужчина повернулся к нему.

 – Старший сержант Огурцов, если мне память не изменяет.

– Так точно, – согласился полицейский, – а вы – Соколов Павел Петрович… мы с вами действительно уже познакомились. Правда, при не самых благоприятных обстоятельствах…

– Это не тот! – запротестовала Липа. – Тот был такой интересный, представительный мужчина…

– Эта женщина вам знакома? – обратился Огурцов к лысому дядечке, не обращая внимания на Липу.

– Первый раз вижу, – искренне ответил Павел Петрович, пожимая плечами, – а что она здесь делает? И что вообще произошло? – Он удивленно оглядел прихожую, носившую следы недавней драки.

– Сигнализация сработала, – лаконично сообщил старший сержант, – мы с Малининым прибыли и застали в квартире эту гражданку. Она делала вид, что вытирает пыль, якобы по вашей просьбе…

– Это не тот! – продолжала настаивать Липа. – Этот – самозванец! Здесь был совсем другой мужчина!

– И при попытке задержания оказала ожесточенное сопротивление, – Огурцов повысил голос, по-прежнему игнорируя Липу, и демонстративно потер ушибленный бок.

– Злостное сопротивление! – вмешался в разговор Малинин. – С нанесением представителям закона телесных увечий! – и он, как знамя, поднял над головой укушенную руку.

– Телесных увечий, – охотно поддержал Огурцов младшего товарища, – так что мы передаем вам квартиру и увозим задержанную, тем более что подозреваем ее в совершении целой серии аналогичных преступлений.

– Спасибо, ребята! – с искренним чувством воскликнул Павел Петрович.