Надо же, то прохода не давали, а тут словно забыли обо мне.

И вот умом понимаю, что это не так, что дела, наверно, у них, не все же возле телефона сидеть и ждать, когда позвоню, а негатив никуда не девается.

Возможно, дело в том, что устала сильно еще.

Сажусь на лавочку в вестибюле, смотрю сообщения от мамы.

Что-то про здоровье пишет. Заболела. И надо лекарства.

Не просит, чтоб приехала, но это сквозит в строчках.

Папа на смене уже, а она не может, больничный взяла.

И как-то становится не по себе. Все же, я одна у них… И, получается, бросила… Даже за лекарством некому сходить.

— Вась, ты чего сидишь тут? — тормозит возле меня Тошка.

— Да так… — неопределенно машу телефоном, — думаю… Домой надо заехать. В аптеку сначала…

— Отвезти? — хмурится он, подходя ближе.

— Да нет… Я сейчас Лешке наберу…

— Ну ок, пока.

Он уходит, я снова набираю сначала Камню теперь, потом Лису. Та же музыка. Пишу сообщения. Не прочитаны пока.

Черт…

Выхожу на крыльцо, охаю от ветра, щедро швырнувшего мне в лицо горсть снега.

Придется на автобусе. Сначала в патеку, потом…

— Вась, за тобой заедут или нет? — Тошка, оказывается, еще не уехал, стоит, сметает с машины снег.

— Нет, похоже… — вздыхаю я.

— Садись, — кавает он на дверь машины, — докину. Как в старые добрые… — и улыбается печально.

Я вспоминаю, как мы с ним катались иногда на его машине. Как гордился Тошка своими водительскими умениями.

Улыбаюсь. Хорошие времена были, да…

Ловлю его взгляд на своем лице. И улыбку, отзеркаливающую мою…

— Садись, Вась, — вздыхает Тошка, — не кусаюсь я.

Ветер, словно подгоняя в принятию решения, толкает в спину, пронизывает холодом.

И я сажусь в салон, невольно счастливо выдыхая от тепла.

В конце концов, ну что может случиться?

Тошка вполне в адеквате. Понял, что был не прав, извинился. Не убивать же его теперь за те слова неосторожные, на эмоциях сказанные?

— В общагу? — спрашивает Тошка, садясь за руль.

Снова смотрю на экран телефона, но сообщения все еще не прочитаны.

— Давай в аптеку, а потом к родителям. Получится?

— Без проблем, — кивает Тошка, — давай, музыку настрой пока.

Тянусь к панели, выбираю плей-лист, включаю…

И снова улыбаюсь. Теперь уже от знакомой мелодии.

Как в старые добрые, когда мы катались по летнему городу, и я подставляла лицо свежему ветерку из окна…

Ловлю снова на себе Тошкин взгляд.

— Я скучаю, Вась, — говорит он.

Ничего не отвечаю, просто отворачиваюсь к окну.

Наверно, я тоже чуть-чуть скучаю…

75

— Мама! Это не смешно! Открой уже!

Я все еще колочу по двери кулаками, но уже выдыхаюсь. Как-то очень быстро выдыхаюсь, с усилием прижимаю ладони к дверному полотну, стараюсь перевести дыхание и успокоить звездочки перед глазами.