Но, вопреки собственной разумности и флегматичному характеру, огромный ком белоснежного меха с рыком рвался вперед, да так, что из-под лап летело не только гравийное покрытие дорожки, но и комья земли.

— Да что ж такое… — пропыхтел Фо, тоже вцепляясь в стальную цепь, на которой с одной стороны висел наш вернувшийся друг, а на другой свирепо хрипела собака… такая! И медленно, но верно волокла их с хозяином к своей потенциальной добыче.

— Убери ее! — рявкнул на меня Морид, который первый вычислил, куда именно пытается прорваться Снежок. — Ну! Твоя жена, если ее сейчас сожрут, тебе и отвечать!

— Да какого! — только и успел вякнуть я, когда выведенный из терпения друг выдал мне такого мощного пинка в зад, что я ласточкой пролетел с десяток гигантских шагов и едва не сбил с ног эту сте… старосту!

— Бриан? — удивленно обернулась блондиночка с розовым цветочком в волосах, в розовом платьице чуть выше колен, шелковых чулочках и розовых туфельках на каблуках. — В чем дело?

— Ни в чем! — соврал я, хватая девчонку в охапку и собираясь пуститься вскачь куда глаза глядят, лишь бы подальше от взбесившегося пса. Что на него нашло вообще?!

— С ума сошел?! — предсказуемо взвизгнула Джойс и почему-то схватилась за свою прическу. Тоже мне… блондинка. Нашла время думать о глупостях! Ай!

— Не пинайся, зараза!

— Ошалел, придурок? Сейчас еще не так пну, только…

— О-о-о, внученька. Оказывается, не все так плохо с твоим замужеством, — сказал вдруг у нас за спиной глубокий и красивый женский голос. — Фу! Сидеть!

Мы с «женой» дружно обернулись. И обалдели.

Ладно, я обалдел.

Рядом с нами на дорожке стояла богиня. Честно, таких красивых женщин я не видел никогда. Высокая, стройная, но потрясающе фигуристая (какая грудь! А задни… кхм…) дама в элегантном брючном костюме смотрела на нас со снисходительной улыбкой и при этом держала раскрытую ладонь прямо перед мордой сорвавшегося-таки с поводка Снежка. Бешеный пес налетел на эту нежную узкую ладонь как на стену, ткнулся в нее носом и свел глаза в кучку, словно пытался повнимательнее рассмотреть дамские пальчики. От его стремительного торможения на дорожке осталась глубокая борозда.

— Бабушка? — изумленно охнула в моих руках Джойс. — Ты что тут делаешь?

Осознав эти слова, я чуть не уронил собственную жену. Это ее БАБУШКА?!

— Эрлесса Шульценштайн к вашим услугам, юноша, — с достоинством кивнула богиня. — Хорошая собачка.

Это она Снежку. Который окончательно окосел, упал на бок, повернулся кверху пузом, заскулил и так забил хвостом, что поднял тучу пыли, в которую с размаху влетели мои друзья. Влетели, затормозили и принялись кашлять, протирая глаза.