Бандит дернулся, словно опомнился, рванул в примыкающую нору. Куда это он собрался? Все ходы перекрыты.

– Это Бабула! – крикнул Алексей. – Овчинин, Малашенко, вы здесь?

– Так точно, товарищ капитан, – проворчал водитель. – Только землицей малость присыпало.

– За мной! Возьмем гада!

Пальба осталась за спиной, становилась глухой, какой-то далекой. Капитан бежал, пригибаясь, натыкался на стены. Земля сыпалась ему за шиворот. Он машинально выбил обойму из рукоятки «ТТ», вставил новую. Подчиненные топали сзади.

Серая рассветная мгла просочилась в подземелье. Крики, плотная пальба из пистолета.

Алексей вывалился из лаза, в падении успел сгруппироваться, даже пистолет не обронил, но чувствительно ударился головой. Он вскочил, увидел мелководную речку, лес за ней.

Под лазом лежали два мертвых красноармейца. Бабула застал их врасплох. Эх, бойцы!.. Впрочем, один шевелился, был только ранен.

Бабула улепетывал вниз по ручью. Алексей стиснул пистолет двумя руками, стал стрелять. Пот ручьями катился по лбу, голова кружилась. Вся обойма мимо! Еще одна осталась.

Он пустился бежать, спотыкаясь о камни. За его спиной раздался шум. Из люка выпрыгивали товарищи. Капитан услышал короткий вскрик, стон, обернулся на бегу. Малашенко валялся на спине, схватившись за поврежденную голень.

– Товарищ капитан, Малашенко ногу сломал!

– Овчинин, за мной!

Офицер и сержант неслись как угорелые, а может, им только так казалось. Зачумленные, еще не пришедшие в себя после тарарама в подземелье, они стреляли на бегу, спотыкались, падали."

"Бабула уже преодолел ручей, подбегал к лесу. Он тоже стрелял, но редко, берег дыхание и патроны.

Оперативники топали по воде, кругом разлетались брызги. Алексей отдувался, ноги его наливались тяжестью. Овчинин был моложе, вырывался вперед.

Бабула мелькал между деревьями, повернул искаженную рожу. Прогремели два выстрела. Овчинин споткнулся. Нет, все в порядке, просто зацепился за что-то. Алексей схватил его за плечо, подтолкнул.

– Жесткий кросс, товарищ капитан, – прохрипел Овчинин и даже попытался улыбаться. – У вас патроны есть?

– Есть немного.

– И у меня чуть осталось.

Они вбежали в лес. Где этот гад, сволочь? Вроде мелькал за кустарником, но теперь там никого не было. Залежи бурелома, хвойник вперемешку с лиственными деревьями. Лес шел на понижение.

Впереди что-то хрустнуло! Там он, поганец!

Они опять бежали, закрывались от веток, лезущих в глаза. Покатый склон, обрыв. Кравец и Овчинин съехали с него на пятой точке, прыгать не решились. Кусты, овраг, тишина.

Офицер и сержант присели на корточки. Алексей приложил палец к губам. Оба одновременно уловили шум в стороне. Там пару раз хрустнули ветки.

Они крались, как воры, бесшумно перебегали от дерева к дереву.