— Какая ты ещё глупенькая, Ангелина… Маленькая… глупая… девочка… МОЯ девочка… — один за другим мягкие, порхающие поцелуи покрывали мою макушку. — Разве ты не понимаешь, что бежать от меня бесполезно?…"

"Его голос прозвучал упоительно — глубокий, бархатный, приглушённый… пробрался в душу, окутал каждый натянутый нерв во мне. В этот момент время остановилось. Я боялась шевельнуться, чувствуя лёгкий трепет тела мужчины и разгорающийся в нём пожар. Волнительная дрожь отозвалась в моей груди, которую стало невозможно переносить. Сердце, как будто сжалось и жгло, намного сильнее горячего чая.

Мне трудно дышать. Не могу объяснить почему так происходит, но всё, что он сейчас делает, говорит и как себя ведёт при этом, заставляет меня неимоверно волноваться. Ещё пару мгновений, и я свалюсь замертво. Пора бы рассеять этот пленительный туман пока ещё не поздно, но вместо этого я молча наслаждаюсь им. Лина, очнись! Моё второе я вопило опомниться. Сколько у него женщин было до тебя и сколько есть сейчас? Такому, как он, достаточно щёлкнуть пальцами и в мгновение ока получить желаемое. В голове «Бородино», мысли смешались в кучу, путались, спорили между собой, разрывая голову на части. Целых двадцать лет не сходила с ума из-за кого-то, принимая за любовь обычную влюблённость. Сейчас моё сердце, словно магнит к железу, рвалось присоединиться к его, удары которого ощутимо колотили о мой лоб.

— Да…й м. не руку… — слова почти шёпотом, больно сорвались с пересохших губ. — Я посмотрю твои раны.

— Лина, давай уедем домой.

Его хриплый голос над ухом спровоцировал взлёт тысячи бабочек в животе, от самого низа до вершины солнечного сплетения, где сладко щемило.

— Дима, уже поздно возвращаться к родителям, да и я очень устала. Мне завтра рано вставать, вернее уже сегодня. Три пары иностранных языков и подготовка к сессии. Пора сосредоточится на учебе. С тобой это сделать невозможно.

Мягкие губы переместились на шею, покрывая её лёгкими поцелуями вдоль изгиба до самой ключицы. Ощущения настолько острые, что я невольно откидываю голову на бок, предоставляя ему ещё больше возможностей разгуляться по ней.

— Выспишься у меня, я тебя пальцем не трону! Утром отвезу в университет.

— Ты серьёзно? — слегка возмутилась для приличия, с трудом удержав предательский стон удовольствия.

 — Сказал и в темный лес Ягненка… поволок… Так я тебе и поверила, Серый волк!

— Я никуда не уеду без тебя. — безапелляционно заявляет и его зубы прихватывают чувствительную кожу на шее за ухом. В этот момент я прикусываю до крови губу, чтобы не выдать своё невероятное возбуждение. Болит, черт возьми! Но терплю, чтобы не расплавится перед ним, как молочный шоколад на языке. Дима отстранился и посмотрел на меня. Высокий. Статный.