Три щупальца одновременно взметнулись над палубой, словно кобры перед броском, и замерли, нацелившись на побледневшего офицера.

— Беги, дурак! — крикнул я, но конвоир, охваченный паникой, продолжал стрелять, пока револьвер не защёлкал вхолостую. Тварь, словно ожидая это, атаковала.

Щупальца двигались с неестественной скоростью, превращаясь в размытые тёмные полосы.

Первое обвило ногу конвоира, второе — туловище, а третье обхватило шею, сдавливая её с такой силой, что глаза офицера едва не вылезли из орбит.

Его рот раскрывался как у рыбы, выброшенной на берег, но вместо крика вырвался только хрип, оборвавшийся, когда щупальце утащило его под воду.

Я выскочил на середину палубы, с трудом держа равновесие на качающихся досках.

— Всем назад! — заорал я, перекрывая шум. — Держитесь подальше от бортов!

Матросы в панике метались, но несколько человек, услышав мой окрик, рванулись к палубным надстройкам.

В голове всплыло древнее заклинание «Разделения» — именно то, что нужно против водных сущностей. Я вытянул руки к твари, произнося слова на языке, которого не знал, но откуда-то помнил. Языке самой воды.

И ничего. Пшик.

— Проклятье, — процедил я сквозь зубы.

Мое тело было ничтожно слабым, а заклинание требовало гораздо больше энергии, чем я мог сейчас собрать. Слишком рано. Знания архимага пробудились, но вот использовать их было невозможно.

— Сделай что-нибудь, водяной! — заорал капитан. — Ты ж маг, чтоб тебя!

Я его проигнорировал. Требовался другой подход. Вместо прямой атаки я стал изучать структуру монстра. В свете корабельных прожекторов казалось, что тварь соткана из самой тьмы, но постепенно я начал замечать в ней узоры. Не случайные, а подчинённые закономерностям.

— Вот ты какой, — пробормотал я, вглядываясь в колеблющуюся тень существа.

Приглядевшись внимательнее, я заметил внутри тёмных щупалец пульсирующее ядро — сгусток концентрированной энергии, к которому сходились все силовые линии.

— Элементаль, — выдохнул я.

Не искусственный конструкт, а изначально безвредный водный элементаль. Существо, веками питавшееся человеческим страхом и болью погибших в этом месте, постепенно превратилась в чудовище.

У элементалей всегда есть ядро. Уничтожь ядро — уничтожишь сущность.

— Эй, страхолюдина! — заорал я, подчиняя брызги воды вокруг себя. — Вот он я!

Тварь замерла, словно прислушиваясь. Несколько щупалец повернулись в мою сторону, колеблясь в воздухе, будто принюхиваясь.

Сомневаюсь, что она услышала мои слова. Но вот родственная ему магия манила существо, словно голодного манит запах свежей выпечки.

— Давай, подходи, — прошипел я, нащупывая перстень под рубахой.

Точечная атака требовала меньше энергии, чем воздействие на всё существо. Это я ещё мог потянуть.