Применение запрещённых практик. По крайней мере, причинение «умышленного вреда» мне не смогли приписать. Только опасные эксперименты, повлекшие за собой разрушения.

Ну и неподчинение при аресте в довесок. Так что приговор меня скорее обрадовал. Не тюремный срок, а ссылка в Озёрный край, на самые задворки империи.

В конвоиры мне выделили обер-майора Себастьяна Юдковского — нервного типа с вечно поджатыми губами, словно он только что съел кислое яблоко.

Относился он ко мне со смесью высокомерия и страха. И глубоко въевшиеся инстинкты «вертухая» его не обманывали. Я действительно был опасен.

Ведь появившаяся во мне сила никуда не делась. Она то бурлила внутри как поток, то едва шептала как горный ручей. Вот только договориться с ней пока не получалось.

Особенно раздражали её адамантиновые кандалы. Думаю, я без труда мол бы их сейчас разорвать, к ужасу своего конвоира. Но я решил «не светить» свои способности. «Затихариться».

Я мысленно усмехнулся. Непривычный лексикон для аристократа. Но две недели перед судом в Следственной тюрьме здорово пополнили мой словарный запас.

Поначалу тамошние наивные обитатели решили надо мной покуражиться. Мой облик их не впечатлил. Долговязый, худой, с виду самый обычный студент. Они даже не поняли, что я одарённый.

Идиоты-тюремщики закинули меня в самую обычную камеру. Во-первых я был без сознания. Во-вторых: «Что может сделать „водник“ в каменном каземате? Ведь это самый слабый маг». Тьфу!

Хотя тела напавших на меня заключённых состояли в основном из жидкости, с ней я поделать ничего не мог. Таковы ограничения моей магии, я не могу влиять на живые организмы.

Зато на их влажной от постоянной тюремной сырости одежде воды было достаточно. Так чтобы я мог вскипятить её одним движением бровей.

Вой стоял такой, что сбежалось половина тюрьмы. Моих бывших сокамерников унесли в лазарет, а меня пересадили в одиночную камеру. Точнее камера была большая, просто сидел я там один.

Правда время от времени ко мне подсаживали разных болтливых деятелей.

Даже такой далекий от криминального мира человек, как я, догадался, что их единственная цель — выведать что за магию я использовал.

В ответ я от нечего делать выучил блатной жаргон и манеру поведения. Хоть какое-то развлечение.."

"И вот сейчас мне это пригодилось. Несмотря на пробудившуюся магию, я решил «прикинуться ветошью», и на все подозрительные взгляды своего конвоира только лучезарно улыбался.

— Бумагу, так бумагу, — буркнул штабс-капитан, завершая разговор. — У меня инструкции. Перестраивайте маршрут.

Капитан, сплюнув за борт, направился к штурвалу, а конвоир, заметив моё внимание, подошел и криво усмехнулся.