Я вздрагиваю от его прикосновений, когда он переворачивает меня, прижимая мое лицо к прохладному дереву. Мое сердцебиение учащается, дыхание сбивается.

– Аарон.

– Да, ангел? – он раздвигает мои ноги, не спеша приподнимая платье. Я знаю, что его возбуждает моя борьба и паника.

– Пожалуйста, не надо, – я дергаюсь в сторону, пытаясь вырваться, но Аарон крепче сжимает мой затылок и вдавливает меня в поверхность стола. Мурашки бегут по моей коже, когда мои трусики оказываются разорваны, выставляя киску на его обозрение.

– Только посмотри, как ты течешь для моего члена, – его голос густой от желания. Я чувствую, как его пальцы начинают ласкать мои набухшие складки, из моего горла вырывается стон. – Я даже ничего не сделал. Очень хорошо. У тебя вырабатываются рефлексы.

Моя температура поднимается до критический точки, пока его пальцы медленно кружат возле моего набухшего клитора.

– Черт побери…

Крик застревает в моем горле, когда в воздухе раздается удар. Жгучая боль пронзает кожу ягодиц, сосредоточиваясь прямо в центре. Я вскрикиваю, на глазах выступают слезы.

– Ты должна быть очень тихой, детка. Иначе все услышат, как я тебя трахаю. Или увидят, потому что я не закрыл дверь.

– Что ты…

Шлепок.

– Проклятье!

Шлепок.

Он низко смеется, когда я вздрагиваю, но в этот раз не издаю ни звука, прикусив губу и до смерти боясь быть обнаруженной.

– Извинись, ангел. Иначе я решу, что ты мне не рада.

– Катись в ад.

Шлепок.

Тихие рыдания сотрясают мое тело, пока он чередует болезненные пощечины между ног с ласковым поглаживанием.

Шлепок.

– Господи, прости меня. Только перестань… – Шлепок. – Делать… это…

С задушенным криком я упираюсь лбом в поверхность стола, мои соски твердеют и требуют внимания, но он так и не снял с меня платье.

– Ты хочешь, чтобы я остановился?

Боль и наслаждение переплетаются. Мои губы плотно сжаты, чтобы я не издала ни звука, но я не могу… не могу… Его пальцы не проникают внутрь, только гладят клитор и складки, размазывая мою влагу по внутренней поверхности бедра.

– Аарон, – хриплю я.

– Что, Элеонор?"

"Еще одно круговое движение, мой задушенный всхлип. Каждый дюйм моего тела горит от смущения вперемешку с бешеным возбуждением, но он не прекратит, пока я не начну умолять:

– Пожалуйста, войди в меня. Я хочу, чтобы твой член вошел в мою киску и наполнил своей спермой. Я хочу, чтобы она текла по моим ногам и испачкала мои туфли.

Я зажмуриваюсь, когда мое тело лишается его прикосновений. Прохладный воздух скользит по разгоряченной коже. Я чувствую, слышу, как он отходит назад, ждет несколько долгих секунд, а затем присаживается на корточки, раздвигает мои ягодицы и широко проводит языком между моих ног.

– О боже, – стону я.

– Молись мне тише, ангел.