Я беру с тумбочки слуховой аппарат и аккуратно надеваю его на очаровательное ухо. Оно краснеет из-за моих пальцев.

– Отрицание – это так невероятно бесполезно и скучно, – я ласково провожу костяшкой указательного пальца по ее горящей щеке. – Я ожидаю услышать благодарность за очередной подаренный мною оргазм. Принимаю награду в виде анала. К тому же, – я улыбаюсь, когда целую ее шею. – Ты чертовски милая, ангел, особенно, когда кончаешь от моего члена. Слишком поздно имитировать недовольный вид.

Элеонор краснеет сильнее. Ну ка-а-ак же очаровательно.

Мои пальцы сжимаются на ее локте и тянут так, что наши тела оказываются плотно прижаты.

А затем я крепко обнимаю ее, зарываясь лицом в ее волосы… дрожа в ее объятиях и с наслаждением слушая, как стучит чересчур большое сердце, резонируя в такт с моим.

Она здесь.

Она со мной.

Блядь, она наконец-то со мной.

Я все еще внутри нее, но я чувствую, как она начинает теряться в собственном разуме.

Элеонор не двигается и слишком медленно дышит. Я старался глубже втягивать ее в свой мир, провоцировал, манипулировал, чтобы она смогла вернуть себе собственный голос и начать бороться.

Так или иначе она бы научилась справляться со своими демонами, а потом я бы забрал ее.

Но сейчас она не борется.

Мне требуется вся сила воли, чтобы сохранить спокойствие в голосе:

– Элеонор.

Она вздрагивает, а затем заглядывает мне в глаза. Звук дождя смешивается с ее дыханием.

– Я хочу в душ, – ее голос тихий. – Почему ты так на меня смотришь?

Мои мышцы расслабляются. Это не приступ.

Тусклый солнечный свет проникает сквозь широкие окна и осветляет ее глаза до невозможно бледно-голубого. Этот взгляд…

Мне не нравится, какую власть надо мной имеет эта девушка.

Ни капли.

Я поднимаю ее на руки, чтобы отнести в ванную комнату. Поразительно, но она даже не сопротивляется, хотя знает, что я могу бросить ее на любую поверхность, чтобы продолжить то, что мы начали.

Неохотно я отпускаю ее и включаю воду. Горячие струи сразу же превращают холодный воздух вокруг в теплый. Когда я поворачиваюсь к Эль, она обнимает себя руками, между ее тонкими бровями появляется складка, и я жду, когда она снова применит на мне свои чары.

– Могу я остаться одна?

– Нет.

Эль раздраженно вздыхает.

– Мне некомфортно делать это при тебе.

– Ты привыкнешь.

Пар поднимается, заполняя пространство, и в нем смешиваются легкие ароматы персикового геля для душа, который я выдавливаю на свою ладонь, а затем беру Эль за запястье и направляю на нее поток.

– Мне нельзя мочить слуховой аппарат.

– Я знаю.

Я знаю, потому что прочитал больше тысячи статей о тугоухости и консультировался с врачом.

Вода стекает по ее бледной коже, унося в слив мою сперму и остатки ее девственной крови.