Но все мои слова словно о стенку горох. Как делала пакости, так и делает!

— Кер! Да остановись же ты! — заорала на всю поляну Криштия.

— Ну что тебе над… — резко обернулся, на мгновение впадая в ступор от «шикарного» вида младшей сестры. — Тобой мыли полы? — принял невозмутимое лицо, скрещивая руки на груди.

Криштия скривилась, отбрасывая мокрые волосы за спину, которые были похожи на сосульки из грязи.

— Нужно чтобы ты сходил порталом домой и принес мне палочку! — выпалила она, бросая гневные взгляды на проходящих мимо парней.

— Это тебе нужно, а мне нужно на тренировку! — хмыкнул в ответ, не желая потакать ее капризам. — Если тебе опять взбрело в голову, что эта палочка тебе не подходит под форму академии, как было уже несколько раз, то…

— Мне ее сломали! — взвизгнула сестра.

— Сломали? — удивился, не понимая, кто мог осмелиться на такое. Намеренная порча магической палочки наказуема самим ректором. — Кто сломал? — нахмурился я.

— Эта тупоголовая Мелисса! — взвыла сестра.

— А-а-а, — протянул я, — оно и неудивительно. Наконец-то эта бедняга дала тебе отпор. Правда, я не представляю, как именно у нее это получилось.

— Что?! — взвизгнула сестра. — Я думала… думала…

— Что ты думала? Что я пойду заступаться за тебя? Ну уж нет. Сама виновата! Нечего было мучить ее. Ты же ей проходу не давала, как и многие с твоего факультета! Вообще удивляюсь, как она еще жива, после всего того, что вы с ней делали.

— Она мерзкая тля! Беднячка и оборванка…

— Которая тебя окунула в грязь и лишила возможности творить заклинания, — перебил я сестру. — Мне некогда, Криштия! У меня практическое занятие!

Развернувшись, направился прямо по тропе, оставляя за спиной злобное сопение сестры.

«Ничего, пусть понервничает! Может мозги встанут на место, хотя маловероятно!»

Всю тренировку меня не покидали дурные мысли. За то, что девушка сломала палочку, ей грозило наказание, а жизнь бедняги и так была не сахар.

Как-то раз сестра, сияя белозубой улыбкой, поведала мне, что у этой самой Мелиссы нет родителей. Точнее они есть, но их как бы и нет. Она живет с родным отцом и мачехой, у которой есть своя дочь и, как вы уже успели догадаться, которую холят и лелеют, в отличие от Мелиссы. Девушка практически не имеет одежды. Она и так слаба магически, а то, что кроме формы у бедняги ничего нет, только прибавило ей ненужного внимания, причем негативного внимания. Над ней насмехались, унижали, оскорбляли и в числе этих жестоких адептов была моя распрекрасная сестрица, которой хотелось открутить голову.

«Выросла же такая…»

Я всегда разгонял сборище любителей издевок, когда видел нечто подобное, но это было не так часто, как хотелось бы.

Мне было жалко эту Мелиссу, ведь отчасти то, что палочка Криштии сломана, виновата сама Криштия.