«Помоги… мне!» - сам не понимая, к кому обращается, подумал он.

Правая ладонь саднила, словно он разодрал ее об острые камни.

Тьма, таящаяся где-то внутри него, а может, ожидающая все это время за плечами, поглотила, словно бы обнимая темным умиротворяющим пологом.

«Я помогу тебе», - словно бы говорила она.

«Нет!» - испугался Шен, не в силах вырваться из ее объятий.

«Отдохни. Ты так вымотался из-за своего бессмысленного сопротивления».

«Нет!!»

Черный полог не отпускал, он проваливался все глубже и глубже.

«Растворись во мне».

«Отпусти меня!!»

Крик вырвал его из забытья, тьма отступила.

Он подскочил на матрасе, громко крича.

Острые черные тени скакали по углам. День сменился ночью, белый лунный свет падал в комнату сквозь бумажные окна. Шен долго сидел на кровати, обхватив себя руками и пытаясь прийти в себя.

Затем он отворил двери и вышел в сад. Луна мягко окутывала деревья бледным блеском. Шен глубоко вдохнул морозный осенний воздух. Боль в груди, казалось, немного утихла. Он спустился с террасы и медленно побрел прочь.

Симпатичная девушка с бледной, чуть голубоватой кожей, и девятью роскошными черными хвостами за спиной, весело напевала, смахивая на разложенный на земле платок призрачные останки демонического духа подземного озера.

Закончив петь, она, насмехаясь, пробормотала:

- Поберегся бы, болезный. Неужели прошлый опыт для тебя вообще ничего не значит? Чуть в загробный мир не развеялся. А Шен бы, должно быть, потом расстроился.

Она неодобрительно-ехидно покачала головой.

Собрав на платок все останки демонического духа, она завязала его концы на подобии котомки, подхватила узелок и поднялась.

Ноги сами принесли Шена к священному источнику.

Краем сознания он рационально отмечал, что нужно забрать оставшиеся здесь вещи, но, по правде сказать, привело его сюда другое.

Желтые одежды все так же валялись на земле, где он их скинул. Шен медленно оделся, чувствуя холодную влагу покрывшего землю и все, что на ней, слоя инея. Этот холод, пробирающий до костей, был словно облегчением для его измученного сердца. Он желал бы, чтобы холод точно так же сковал и его. Но это не могло произойти по его желанию.

Он посмотрел на водную гладь священного источника. Ночные воды отражали лунный блеск, но почему-то сияли словно золото.

Такое красивое место и такое пугающее. Шен чувствовал подступающий к горлу страх. Ощущал его как-то отстраненно, словно посторонний наблюдатель, как констатацию факта. Стоял возле озера и понимал этот свой страх. Сторонние силы вновь вмешались в его судьбу, не позволяя стать хоть чуточку лучше, хоть немного не-главным злодеем."

"Это все-таки очень странная судьба. Проживать чужую жизнь. Пытаться сделать ее своей. И раз за разом оказываться заложником обстоятельств.