Но все равно смотрел на меня с подозрением.

Даже велел принести фонарь, чтобы проверить меня на наличие эльфийской крови!

Но мы-то знаем мой маленький секрет!"

"Дитя, что зрело в моем чреве, щедро делилось со мной эльфийской магией, и фонарь подтвердил, что я, если и не чистокровная эльфийка, то полукровка. И начальник стражи, немного озадаченный, фонарь убрал.

Тут уж на меня с удивлением глянул и мой так называемый кузен.

Подумать о том, что я в положении, он не мог. Эльфы не бросают своих детей! Значит, в служанке из маленькой таверне и в самом деле текла эльфийская кровь? А он и не заметил?

Рядом с нами остановилась и карета высокородного черноволосого эльфа.

Он понял, что с нами произошла заминка, вероятно, нас заподозрили.

Поэтому он чуть выглянул из окна и обворожительно улыбнулся.

— Красавица Мэри-Энн, — произнес он с особым чувством. — Первый танец вы обещали мне, помните!

Я лишь кивнула, переводя дух.

Начальник стражи услыхал, что меня опознал как Мэри-Энн еще один эльф, поддакнул каким-то своим мыслям и велел нас пропустить.

И наша карета-чайник торжественно въехала по подъемному мосту во двор замка.

Да, а здесь все изменилось! За такое короткое время на замок словно ночь опустилась.

Феланор потемнел так, что его пугающая темнота опустилась на сад, на сам замок.

Вместо светлых цветущих яблонь — черные орхидеи. Вместо красного ковра перед гостями — черный, с золотыми шитьем.

Да и в замке все было задрапировано и отделано черными тканями, обязательно с золотом. Словно ночь опустилась, и зажглись звезды…

Но все равно это было довольно зловеще.

И на фоне этой потрясающей и завораживающей черноты я вспыхивала словно яркая луна.

Феланор тоже был облачен с головы до ног в черное.

Потрясающий в своих красоте и мрачности, он сидел на золоченом троне из черного дерева, и важно кивал гостям.

Катарина была рядом.

Но!

Она стояла по его левую руку, вместе с другими придворными. Ни о каком троне для нее и речи не шло. И Феланор совершенно не расстраивался от того, что выражение лица его невесты было совсем не радостным.

Да он вообще не смотрел на нее!

Она была наряжена в пух и прах, но при этом выглядела как дорогая кукла, которую поставили на каминную полку и забыли. А она стоит там и покрывается копотью.

Лицо у нее было надменное, она то и дел гордо задирала подбородок, посматривая на придворных.

Но, кажется, никому дела не было до ее победы.

Ее толкали, проходя мимо, не замечали, словно она была предметом, частью обстановки.

И тогда губы ее предательски дрожали.

Она была невестой принца, да.

Но, кажется, принц разучился любить…

Прекрасный и холодный, он смотрел на всех свысока и в его глазах не было ни тепла, ни симпатии.

«Ужас, что она натворила! — так и ахнула я про себя. — Разумеется, она наказана.